Тайная дорога

Нужная папка так и не нашлась, а до заседания осталось десять минут. Но выбора не было – и мельком кинув взгляд на свое отражение в зеркале, она поспешила на пятый этаж, туда, где обитало руководство.

– Ириночка Витальевна, голубушка, – Олег Борисович, вздохнув, поднялся ей навстречу, – у нас сегодня решение по кровельному заводу должно приниматься.

–Да, Олег Борисович, – покорно подтвердила она.

Дядя Алик – высокий, грузный, с уже обозначившимся брюшком и багровым лицом хронического гипертоника, – внимательно оглядел ее, с удовлетворением зафиксировав взгляд на вырезе блузки.

– Так вот, Ирина Витальевна, я бы хотел вам напомнить, что это очень перспективный контракт. Вы должны приложить максимум усилий, чтобы решение было в пользу завода. А вы все тянете, голубушка, тянете. – Зампред недовольно пожевал губами.

– Олег Борисович,– она попыталась отвечать спокойно,– они не смогли предоставить никаких вразумительных смет. А то здание, которое будет в залоге, его пока не могут оценить, какие-то проблемы с собственником.

Я собиралась обсудить это на заседании.

– Ириночка Витальевна. – Неожиданно Олег Борисович оказался очень близко. – Мне кажется, вы должны прислушаться к голосу разума…

– Я стараюсь, – она попыталась отодвинуться на безопасное расстояние. – Но это не зависит от меня. Есть процедура, утвержденная правлением, я не могу ее игнорировать.

– Дорогая моя, пусть вас это не волнует… Вы на хорошем счету, а ведь можете стать на еще лучшем, если…

– Извините, Олег Борисович, мне нужно идти, я опаздываю, – Ирина, оглянувшись, попятилась назад.

Но отступать уже было некуда, и, больно стукнувшись плечом о книжную полку, она остановилась.

– Без вас не начнут, не переживайте,– сообщил дядя Алик и, придвинувшись вплотную, кажется, положил ей руку на бедро. Но она даже не успела испугаться – ибо, словно ватная кукла, мягко и плавно осела на пол, удивляясь, откуда в комнате, в октябре месяце, взялись ярко-оранжевые бабочки.

Кажется, это обморок, догадалась она, и поплыла, погружаясь в обволакивающую темень.

—… Ну, ты, мать, дожилась, – прозвучал рядом знакомый голос. С трудом разлепив глаза, Ирина обнаружила себя на диване в приемной зампреда. Перед ней, энергично размахивая газетой, стояла Дашка, ее боевая подруга, и бессменная руководительница банковской пресс-службы.

– Ты что это? Напугала всех до смерти. Дядя Алик выскочил сам не свой, не жалеешь старика.