Просто скажи «да»

Со своим бывшим мужем Лера познакомилась после второго курса в летнем спортивном лагере. Волейболом она была увлечена не так уж сильно, играла в основном из-за своего высокого роста. Девочки в команде, однако, подобрались хорошие, вскоре все они между собой подружились, так что идея провести июль в спортивном лагере возражений ни у кого не вызвала. Юра тоже играл в волейбол, только он был уже аспирантом. Многообещающий аспирант-экономист, спортсмен и просто красавец.

Ну а Лера в ту смену оказалась самой красивой девушкой в лагере.

В сентябре они поженились. Однако их скоропостижный брак окончился столь же скоропостижно. Первый серьезный конфликт возник непосредственно в день свадьбы, когда при регистрации выяснилось, что Лера оставляет свою девичью фамилию. В принципе она упоминала об этом раньше, но Юра на ее слова просто не обратил внимания. Как оказалось, он считал само собой разумеющимся, что его жена будет носить его фамилию.

А Лера становиться Сердюковой была категорически не согласна. И вовсе не потому, что Юрина фамилия казалась ей недостаточно благозвучной. Ну, не совсем потому. Руководствуясь старой поговоркой насчет дураков, которые учатся на своих собственных ошибках, Лера еще в очень юном возрасте пришла к выводу, что менять фамилию следует только в самом крайнем случае.

Дело в том, что Лерина мама считала свою девичью фамилию Петрова слишком ординарной и после развода решила остаться Свиридовой.

Так вообще было проще во многих отношениях. До тех пор пока не пришло время вступить в брак вторично. Будущему маминому мужу не захотелось, чтобы его жена сохранила фамилию бывшего мужа. А Жанна Алексеевна не желала становиться Орлик. С ее точки зрения, это было смешно и нелепо. Ах, если бы она могла вернуться хотя бы к своей девичьей фамилии… но теперь гораздо логичнее было взять смешную и нелепую фамилию актуального мужа. Так, во всяком случае, казалось ему. Тем более, что он сам свою фамилию ни смешной, ни нелепой не считал.

Мамины метания произвели на Леру неизгладимое впечатление, и еще в десять лет она провозгласила, что фамилию, которую носит с рождения, не изменит никогда и ни при каких обстоятельствах. Годам к шестнадцати юная феминистка и теоретическую базу под свое решение подвела.