Суженый-ряженый

– У меня разносторонние интересы, – не теряя своего спокойного достоинства, ответила она.

Захаров опять хмыкнул и сунул визитку в нагрудный карман рубашки.

– Я бы, Таня, тоже дал вам свою, но… – он сделал неопределенный жест рукой, – к сожалению, на сегодня они у меня уже закончились.

– Такой большой спрос? – Удержаться от ехидной реплики было просто выше ее сил.

– Ага. Думаю, это после вашей статьи.

– Ну да, какая-никакая, а все-таки реклама, – снова съехидничала Таня.

– Сколько скепсиса! А между тем дело именно так и обстоит, и кто, как не искусствовед, должен уметь правильно оценивать воздействие печатного слова, – не остался в долгу Захаров. – Кстати, Таня, вы подали мне идею. Не переименовать ли нам нашу фирму? «Захаров и Линденбаум» звучит, конечно, весьма респектабельно, но… слишком уж ординарно, вы не находите? Как вам «Замок с привидениями»?

Изображая интенсивный мыслительный процесс, она секунду помолчала, а потом изрекла:

– Пожалуй, что-то в этом есть, только вот…

– Да? – с готовностью подхватил Захаров.

– Ваши дома не так уж велики, – с серьезным видом сказала Таня, – слишком большая плотность привидений на квадратный метр может отпугнуть клиентов.

– Пожалуй, вы правы, лучше назвать «Замок с привидением». Скромненько и со вкусом. Надо будет Витьке предложить.

– Глеб… – она немного помедлила, понимая, что едва ли получит честный ответ на свой вопрос, но все же не задать его не могла, – вы обиделись на меня за статью?

Захаров пожал плечами:

– К параллелям со своим великим однофамильцем я привык еще в Академии, но вообще-то, Таня, любопытно было бы узнать, почему вы так на меня взъелись.

Рискуя услышать обвинения в мелочности и предвзятости, отпираться она тем не менее и не подумала.

– Именно в ту самую.

Захаров расхохотался:

– Оказывается, мне даже повезло, ведь вы вполне могли обвинить меня во всех смертных грехах!

– Не стоит мне приписывать такое великодушие, – усмехнулась Таня, – мое вдохновение целиком и полностью базировалось на уверенности в том, что вы виновны во всем, включая падение Римской империи.

– Какой именно, первой или второй? – уточнил Захаров, сворачивая на подъездную дорожку к ее дому.

– Обеих! – не стала мелочиться Таня.