Дитя зла. Дела ведьм. Часть вторая

Ветер беспрестанно дул, пытаясь пробраться во все щели и, ворвавшись на чердак, яростно завывал, пугая жильцов тоскливыми стонами.

– Здесь всегда так в октябре? – подкидывая дрова в камин, спросил Егорша у закутавшейся в плед Энджи.

– Да нет, – мотала она головой, – октябрь бывает и очень тёплый, а вот в этом году что-то рано похолодало.

– Ты хорошо себя чувствуешь? – спросил он, с тревогой вглядываясь в бледное лицо.

– Что-то не очень, живот крутит, – поморщилась она, пытаясь устроиться поудобнее.

– Надо бы тебе к врачу съездить.

– Да, я думаю в понедельник и поедем, а сейчас, если ты не против, я пойду спать.

– Конечно.

Энджи, с трудом выбравшись из кресла-качалки, встала и направилась к лестнице на второй этаж. Ярый пошёл за ней.

– Эй, а ты куда? – окликнул его Егорша.

Пёс обернулся, тоскливо вздохнул и последовал за девушкой.

В понедельник они, как и запланировали поехали к врачу. Ярый, не отходящий в последнее время от Энджи ни на шаг, проявлял незаурядную смекалку, пытаясь занять место в машине.

Он был сильно возбуждён и, поскуливая, кружил около, улучая момент, чтобы забраться на сидение. Егорша пару раз вытаскивал отчаянно упирающегося пса из салона и, в конце концов, закрыл того в вольере. Отъезд за ворота сопровождался возмущённым лаем, переходящим в тоскливый вой.

– Что с ним такое? Неужели так понравилось ездить в машине? – недоумевал расстроенный поведением пса Егорша. – Тебе не кажется, что он в последнее время ведёт себя странно?

– Вероятно, он взял на себя обязанность охранять нас с дочкой, – слабо улыбнулась в ответ Энджи.

– Это точно, – кивнул он, – ты как себя чувствуешь?

– Не очень, такая тяжесть в животе.

– Но это, наверное, и не удивительно, ты же всё-таки беременна.

– Не настолько же, – горько усмехнулась она. – Мне кажется с ребёнком что-то не так.

– Сегодня мы это выясним, – Егорша с тревогой посмотрел на её осунувшееся лицо, – я надеюсь, что всё хорошо.

В клинике их уже ждали. Осматривая Энджи на гинекологическом кресле, врач, возмущённо глядя из-под очков на распятую в кресле пациентку, строго спросил:

– Чем вы были так сильно заняты, что не удосужились до сих пор встать на учёт?

– А какой вы мне ставите срок? – робко спросила она.

– Как минимум девятнадцать недель, – скидывая в поддон инструменты, ответил он, – можете одеваться. Сейчас же идите во второй кабинет и сдайте анализы, а потом в десятый на УЗИ. И завтра жду вас у себя.