Град огненный

Я знаю, зачем Торий вернулся в Дар. Здесь, на границе, в заброшенном Есене, люди развернули военную базу. Отсюда они ведут зачистку территории, выдавливают нас, как паразитов. Сюда свозят пленных, чтобы возобновить опыты.

Торий говорит, так дальше продолжаться не может. Он говорит, что многие ученые, задействованные в проекте, осознали: у васпов есть разум, они не сами выбирали такую судьбу. Они видели, что делают с пленными васпами, и во что они превращаются потом. Я тоже это знаю, я сам был подопытным зверем.

Ему не повезло лишь в том, что еще раньше туда вернулся я.

«Ты всегда возвращаешься», – сказала Нанна и оказалась права.

Улей – мой дом. Васпы – моя семья. Я предал их однажды, но предательство было во благо. Если бы задуманное осуществилось – осы, а не люди, стали бы хозяевами планеты. А кто мы теперь? Горстка затравленных хищников, обосновавшихся в последнем уцелевшем Улье недалеко от Есена.

Немудрено, что свалившийся на мою голову профессор стал последней надеждой. Немудрено, что я так разозлился, когда понял, что его планы кардинально отличаются от моих. И я не верил ему. Но кое-кто поверил.

Помню тот вечер, промозглый и сырой. Сквозь трещины Улья проступает влага, нижние ярусы вечно затоплены паводком. В таких условиях человеку легко подхватить воспаление легких. Именно об этом приходит поговорить со мной офицер Пол.

Он стоит в дверях, скрестив на груди руки.

– Там твой человечек помирает.

Пол выполняет работу военного врача. Он хороший боец, но когда на счету каждая особь, кто-то должен выполнять и эту работу.

– Его так просто не добьешь, – отмахиваюсь я.

Нас с Торием больше не связывает договор, и все равно кажется, что он перенял часть моей выносливости. Его стойкость пробуждает исследовательский интерес: насколько далеко я смогу зайти, прежде чем он сломается или умрет? К моему разочарованию выясняется – не столь далеко.

– У него жар, – все с тем же непробиваемым спокойствием продолжает Пол, и хвоинка в его рту перемещается влево. – Свернется белок.

– Продержится до завтра?

Пол пожимает плечами.

– Если дать передышку. Возможно. Или пристрелить. Чтоб не мучился.

Быстрая смерть – милость.

Я не смотрю на него.