Расскажите, тоненькая бортпроводница. Повесть

 – Стюардессой ты стала, а замуж за Александра вышла?

– Ах, вы и имя его помните! – восхитилась Оля. – Да, мы уже четыре года женаты. У нас растет сын Артемка. Спасибо вам огромное. Я так мечтала с вами встретиться, поговорить, расспросить вас обо всем. Можете вы со мной поговорить? У вас есть время?

– Есть у меня время, милая, – улыбнулась Мария Николаевна и, взяв Олю под руку, повела за собой.

Они поднялись в ресторан и сели за самый дальний столик у окна. В окно был виден перрон, где двигались и беззвучно взлетали самолеты.

А напротив красовалась «рюмка» – визитная карточка аэропорта Шереметьево.[12 - Рюмки больше нет. Ее снесли при строительстве нового аэровокзала.]

– Сколько хлопот было с установкой этой «рюмки», – глядя в окно, проговорила Мария Николаевна. – Почва здесь трудная плывун. Он никак не поддавалась людям. Но, терпение и труд сделали свое дело. Стоит наша «рюмка», и все ею любуются.

Они немного помолчали, а потом Мария Николаевна спросила:

– Ты знаешь, как называли первых летчиков?

– Авиаторами, – ответила Оля.

– Правильно. Но были среди них не только мужчины. Первых женщин летчиц назвали – авиатриссы.

Оля сразу вспомнив Ларису Мельцер – стюардессу с двумя «С», и подумала: «Знай Лорка про авиатрисс, обязательно бы вворачивала в свою речь это словечко с двумя «С».

– Первой авиатриссой стала Лидия Васильевна Зверева в 1911 году. Второй – Евдокия Анатра. Третьей – известная певица Молли Море – Любовь Александровна Галанчикова. Она, между прочим, была шеф-пилотом у Фоккера в Германии, установила несколько рекордов дальности при перелете Берлин – Париж.

Были среди летчиц дамы из высшего сословия. Княгиня Евгения Михайловна Шаховская самостоятельно летала на самолете «Райтер». А в 1913 году была даже создана специальная школа, где готовили авиатрисс.

– А сейчас авиатриссы есть?

– Конечно, – улыбнулась Мария Николаевна. – Только не очень охотно берут женщин в авиацию. Хотя еще в 1934 году Марина Раскова утверждала, что женщины летают не хуже мужчин.

Она говорила, что профессия летчика не возможна без риска, что человек, однажды испытавший счастье самостоятельного полета, уже никогда не изменит своей мечте. Разумеется, если у него душа настоящего летчика.

У Марины Расковой была душа настоящего летчика. Вместе с Валентиной Гризодубовой они совершали рекордные беспосадочные перелеты. В свои двадцать три года Марина уже преподавала штурманское дело в Военно-Воздушной Академии.