Рыжий клоун. Роман

Целый год. Их с Симоной год, начавшийся в доме-дворце с колоннами и множеством слуг в золотых ливреях…

Лелэ и Бебэ сидели за столом с растерянно удивленными лицами. Видеть их такими для Шарля было большой неожиданностью, хотя и он вёл себя не так, как всегда. Вместе с клоунской одеждой он снял с себя шутовскую маску, стал задумчиво-серьёзным. Усевшись за большой обеденный стол, сервированный дорогой посудой, Шарль перенёсся в своё детство. Картинки прошлого так живо воскресли в его памяти, что Шарль удивился:

– Почему этого не случилось раньше? – и сам себе ответил.

 – Наверное потому, что обстановка была не такой, неподходящей. В ней дремавшее сознание не могло пробудиться. Рядом были люди, которые не могли приоткрыть занавес прошлого, зажечь софиты, осветить сцену, на которой разворачивалось действо.

А теперь прошлое ожило. Шарль увидел Натали Бенош, одетую в простенькое платье, как у прислуги. Зачем ей такой наряд? Чтобы никто не узнал в ней жену руководителя тайного общества. Натали проплывает тенью по комнатам.

Эдуард Бенош, одетый не менее скромно, останавливает её, целует руку, что-то шепчет, извиняется. Натали грустно улыбается, исчезает. Чуть покачивается тяжёлая портьера, прикрывающая дверь, за которой скрылась Натали.

– Как жаль, что я втянул тебя во всё это, – вздыхает Эдуард. – Надо было отослать тебя обратно в Шарлоттенберг вместе с твоей младшей сестрой Оливией. Но… Я слишком поздно узнал о готовящемся заговоре. Оливия уже дома, на краю земли. А мне остается свято верить в то, что люди одумаются.

Иначе… Иначе о семье Бенош останутся лишь воспоминания…

Эдуард приглаживает тёмные волосы, придирчиво осматривает себя в зеркале, распахивает дверь в ярко освещенную комнату, где его ждут товарищи по оружию…

Звякнула упавшая вилка. Шарль очнулся. Лелэ подмигнула ему:

– Привет! Хорошо, что ты вернулся. Мы с Бебэ решили откланяться.

– Мари, мы же договорились, что сегодня вы наши гости, – проговорила Симона с упреком.

– Мы уже достаточно погостили у вас, дорогая, – сказала Лелэ, поднявшись.

 – Симона, господин банкир, мадам, вы должны нас понять. Мы не можем сидеть за столом, зная, что с минуты на минуту начнётся представление в цирке. Люди, купившие билеты, не должны страдать из-за того, что бессовестные клоуны не завершили свою трапезу.

– Да, Шарль, Лелэ права, – откашлявшись, сказал Бебэ. – Мы должны ехать. Ты же знаешь, сынок, мы никогда никого не подводили.

– Знаю, – улыбнулся Шарль.