Таинственные свитки. Роман

Не верилось тогда семилетнему мальчишке, что земля появилась в результате взрыва. Они с пацанами устраивали много взрывов, но кроме разрухи эти взрывы ничего не дали. Значит, истина в чём-то другом. В чём? На этот вопрос он ищет ответ до сих пор.

Может быть, с помощью свитков что-то прояснится? А заодно станет ясно, почему замерзли мамонты. Кто их заморозил? Что это за сверхскоростная заморозка такая произошла, о которой никто до сих пор ничего не знает? И ещё одна тайна волнует Андрея заброшенные таёжные города, выстроенные из цельного камня.

Кто их построил? Почему жители их покинули? Зачем их колючей проволокой огородили и написали: «Стой! Будем стрелять!»? И стреляли ведь по-настоящему.

Они с пацанами проверяли. Сделали тряпичных кукол и на колючую проволоку бросали. Ух и пальба начиналась, ноги уноси, чтобы не подстрелили. Но кто и откуда стрелял, мальчишки узнать не смогли. Перепугались. Попытки проникновения на запретную территорию прекратили. Жить хотелось. Жизнь им виделась прекрасной, счастливой, многообещающей.

«Мы рождены, чтоб сказку сделать былью, преодолеть пространство и простор!» Преодолевают до сих пор… А надо ли преодолевать? Надо ли сказку былью делать? Не лучше ли наслаждаться жизнью сегодня, сейчас?

Андрею вспомнилась душная афганская ночь. Он стоял в карауле и слушал, как в ров, который они предусмотрительно вырыли вокруг своего палаточного лагеря, с шипением сползаются змеи, каракурты, пауки, скорпионы и прочая гадость. Каждая тварь норовила сожрать собрата.

Ночью Андрей не видел всего, что происходит в метре от него. Он думал о будущем. Хотелось выжить, вернуться домой, стать созидателем, творцом, борцом за мир. Но Афганская война затянулась.

Они, советские ребята, выполняли здесь миссию защитников. Им повезло больше, чем парням, которые были первыми на этой войне и попали в самое пекло боевых действий. Многие тогда погибли в варварской мясорубке, многие стали калеками. А у тех, кто вернулся живым, навсегда остались рубцы на сердце и в памяти.

Невозможно забыть тех страшных лет, как ни старайся…

Чужая война ворвалась в наши души.

Чужая беда… Дорогая, послушай,

Как рвётся земля, истекая слезами,

Как плещет в лицо пулеметное пламя,

И стон мой прощальный уносится в небо:

Любимая, помни… Героем я не был.

Я был и остался единственным, милым.

Чужая война нас с тобой разлучила.

Чужая война искалечила душу…

Про смерть мою, мама родная, не слушай.