Демонократия, или Охота на ведьм по-русски

– А губернатора Черноворона ты тоже разбивал по позвоночнику? И Энского мэра Теллера?

– Там другое. Я их на выборах «накормил» энергией. Заметила, наверно, какая у них была зверская работоспособность?

– Точное слово. Действительно, зверская.

– Я их столбы позвоночные накачал агрессией и злобой. Без этих качеств в выборную борьбу вступать бесполезно. Выборы – это ведь всегда война. Даже, если она подковерная. Но они шли на это сознательно. Я их предупреждал. Теперь получается, что их личная злоба и агрессия, их амбиции, зависть, тщеславие, самовлюбленность (без которых сегодня тоже лидера не найдешь, эти качества и составляют ту самую харизму), так вот, их личный негатив многократно усиливается за счет дополнительного введения извне новой порции черной энергии.

Понимаешь?

– Да их же теперь просто изнутри разорвать может!

– Может. Поэтому они инстинктивно будут искать выход своей энергии. Будут орать, злобствовать, надругаться над людьми, унижать, воровать, даже убивать. Иначе они не выживут, умрут.

– Так я не пойму, в чем твоя идеология? Ты таким изощренным способом, получается, «мочишь» коммунистов – того же Черноворона. Но ведь именно ты и привел их к власти! Где логика?

– А жить я на что-то должен? Мне за мою работу деньги платят. Хорошие. Не то, что тебе за твою правду. Только я всегда в тени и в почете. А ты на виду и на пинках. Хочешь, пойдем за мной? Научу. Ты – сможешь!

– Ну уж нет, уволь.

– Уволю.

И Николай нехорошо засмеялся.

У меня внутри всё заледенело.

Николай усмехнулся и – ушел.

Пришел он ночью. Во сне. Произнес: «Изведу!».

Я всего лишь отказалась стать его ученицей! А если бы стала на его пути? Не за это ли его избили те люди в масках? Впрочем, что значит, «всего лишь отказалась стать ученицей»? Борьба сил добра и зла идет за каждую душу. Моя же душа восстала. Или устояла. Или, что точнее, приняла удар на себя.

Я уже не нуждалась в подтверждении: «Каиафа» обрел плоть и кровь…

Но не всё коту масленица…

С того дня начался новый отсчет в моей жизни.

Душу грызла тоска, я не знала, куда себя деть. Не спасала работа, в которую я окунулась по самую макушку. Предчувствие надвигающейся беды было настолько острым, что однажды я вышла на балкон и в сердцах прокричала: «Господи, что же мне так плохо? Помоги!». Конечно, я не прокричала вслух. Что бы подумали соседи?! Прокричала моя душа, которая металась и не знала, как освободиться от непонятной тоски и муки.