Долина падающих птиц

Большая мужская ладонь настойчиво сжимала грудь, пальцы забирались под тонкую ткань лифчика и…

… и больше всего на свете мне хотелось, чтобы это прекратилось.

Как и больше всего на свете хотелось, чтобы Август не останавливался.

– Тогда отпусти меня, Рони, – утробным рычанием на ухо. – Отпусти, верни мою свободу и, даю слово, твоя подружка не пострадает. Всегда можно договориться.

Только тогда, услышав, как он угрожает моей подруге, во мне что-то щёлкнуло, сработал некий внутренний переключатель, и словно пелена с глаз упала!

«Что я творю?.

.»

– Отпусти. – Очередная попытка сбежать вновь провалилась. Хватка Августа стала крепче, движения рук, которыми он ласкал моё тело, увереннее, решительнее. Грубее. – Что ты со мной делаешь? – прошипела сквозь сжатые зубы. – Как ты это делаешь?

– Делаю… что? – лениво, с насмешкой в голосе протянул, забираясь пальцами за резинку моих домашних штанов. – Как делаю тебе приятно?

– То, как внушаешь мне это.

– Внушаю? – насмешка в голосе стала сильнее.

 – Глупышка… я всего лишь даю тебе то, что ты так глубоко спрятала внутри себя. Вытаскиваю из тебя твою истинную сущность. Тебе же нравятся мои ласки, не отрицай. Иначе… я бы просто не смог идти против твоего желания, – такие правила, ты это знаешь.Ты… их придумала.

– Тогда я не хочу. Отпусти. Не смей меня трогать. Отпусти! Я приказываю!

Холодный дьявольский смех пронёсся по комнате, а в следующий миг пальцы Августа впились в предплечья и он круто развернул меня к себе лицом.

Черты его ожесточились, глаза опасно блестели.

– Убирайся, – почти беззвучно, дрожа с ног до головы пробормотала. – Убирайся, Август и больше никогда не приходи.

– Серьёзно? – уголок губ дрогнул в гадкой ухмылке. – Думаешь, я по собственной воле давлюсь твоей компанией, а, Рони?

Резко дёрнулся, завёл ладонь мне за шею и грубо притянул к себе, припав лбом к моему лбу.

– Хочешь, открою тебе маленький секрет? – зашипел в лицо.

Я промолчала.

– И всё же… расскажу, – хмыкнул.

 – Видишь ли, Рони, дело в том, что я здесь, в твоей квартире, рядом с тобой, трогаю тебя, говорю с тобой… только по одной единственной причине… Не потому, что Я так хочу. А только потому, что ТЫ мне это позволяешь.

– Неправда… – почти беззвучно.

– О, правда, Рони. Правда! Разве я врал тебе когда-нибудь? – невесело усмехнулся. – Все твои внутренние демоны рвутся наружу, когда я рядом с тобой. И ты не можешь их прогнать, потому что ты не хочешь их прогонять.