Игра лжецов: орёл или решка

– Жара на улице, не ври, что замёрз, – фыркаю.

– Ага. И дождя совсем не было, – запускает пальцы в мокрые волосы и оставляет их топорщиться кверху.

– Подумаешь… дождь, – одариваю Платона невыразительным взглядом, хватаю зубную щётку, тюбик с пастой, бутылку с водой и выхожу на улицу, собираясь умыться.

Правду сказал: асфальт мокрый, воздух пропитан озоном.

Ну и ладно, будем считать, Платоша принял утренний душ.

Пока чищу зубы, вижу, как выходит следом, завёрнутый в моё одеяло, так что одни голые щиколотки видны.

– Может, кофе мне сделаешь? – интересуется, глаза сощурив.

Полощу рот и сплёвываю в траву.

– На заправке купим. Поехали, – пытаюсь протиснуться в дверь, но крутой мачо, как он сам себя называет, преграждает мне дорогу и таким тяжёлым взглядом одаривает, что невольно поёжиться хочется.

– Знаешь, а ночью на пляже, буквально на секундочку, ты показалась мне не такой уж и стервой.

– Сам сказал: показалось, – пожимаю плечами и пытаюсь залезть в фургон, как вдруг за локоть меня хватает и круто к себе лицом разворачивает.

– Мне жаль, что ты не выспалась, Рыбка, и жаль расстраивать тебя ещё больше, – шипит сквозь зубы, наклонившись так близко, что кончиком носа практически мой задевает, – но в этом действительно убогом путешествии, я – пока что единственный твой союзник, и хочешь ты того или нет, но прислушиваться тебе ко мне придётся. Это, во-первых. Во-вторых – тебе нужны мои деньги, если я не ошибаюсь?.. Так вот, если не хочешь, чтобы твоя доля внезапно урезалась вдвое, то слушай несколько простых условий: я больше не ночую на улице, ты делаешь для меня кофе и сейчас же ищешь сухую и, главное, нормальную одежду.

Иди, покопайся в той куче шмотья на полу.

– Всё? – интересуюсь сдержанно, не разрывая контакт глазами.

– М-м-м… это тоже моё, – выхватывает у меня из руки зубную щётку и с довольным видом плюхается на водительское сидение.

Через несколько минут мы были в дороге.

Нормальной одежды, я для своего союзника, увы, не нашла.

А всё потому, что фургон этот не я укомплектовывала, и та куча вонючего тряпья на полу всего-то является постельным бельём, которое я несколько дней назад сняла с кровати, а также включает в себя парочку дырявых футболок, что были найдены в тумбочке.

– Ты что, у бомжа эту развалину угнала? – выслушав мои заключения, фыркает Платон, не отрывая глаз от залитой утренним солнцем дороги.

Опускаюсь на соседнее сидение и разворачиваю карту.