Меченая. Скала

Страх, боль, паника, забитые машинами шоссе, засыпанные ранеными неотложки, мародёрство, внезапно исчезнувшее правительство, военное положение, анархия… Это было предсказуемо. Люди предсказуемы. Твари стали теми, кто навёл на нас ещё больше ужаса и одновременно вставил мозги на место. Кто-то очень умный придумал выстраивать стены, и кто-то не очень умный предложил превратить остатки человечества в затравленных животных. Всё просто, в любом мире есть сильные и слабые, жестокие и смирившиеся, доминирующие и подчиняющиеся.

Банды – новое правительство. Все остальные – их рабы. Десять тысяч лет ушло на построение цивилизации и какие-то несколько месяцев на то, чтобы её уничтожить.

Никто понятия не имеет во что превратились остальные части света. Возможно их больше не существует. До сих пор ломаю голову над тем, откуда появилась эта цифра – миллиард уцелевших. Кто нас подсчитывал?.. Возможно мы – последнее, что осталось от семи миллиардов населения земного шара. Только вот нет даже того, кто подтвердит или опровергнет эту информацию.

Связь с остальным миром была утеряна много лет назад. Прошло двенадцать лет. Сейчас каждый сам по себе. Сейчас это уже мало кого волнует.

Это выживание.

Я уткнулась лбом в холодное стекло окна и прикрыла глаза.

Меня залатали. Один из врачей дежурящих сегодня в медицинском корпусе сектора обороны хорошо потрудился над моим раненным плечом. Раньше я видела эту женщину, она состояла в комиссии при моём первом осмотре и, в отличие от предательницы Киры, оказалась совсем не разговорчивой.

У меня даже сложилось впечатление, что она специально старается причинить мне как можно больше боли, обрабатывая рану.

Пуля прошла навылет – мне опять повезло. Везение, единственное, что подарил мне Конец света. Раньше я не была такой. Везучие не болеют астмой. Зелёный дым забрал и её.

Входное и выходное пулевые отверстия оказались узкими. Ткани почти не повредились, так что даже не придётся их удалять. Уж не знаю о квалификации этой женщины, но видимо она позволила определить отсутствие повреждений крупных кровеносных сосудов так, что её даже сразу решили зашить, переведя на мою сомнительную персону несколько сантиметров медицинской нити.

Кровотечение капиллярное – так она сказала, точнее, пробубнила под нос. Что ж, поверим на слово.

Грязный бинт, от которого до сих пор пахло кофе, скрывающий укус твари на предплечье, женщина трогать не стала, скорее всего – приказ Дакира. Это по-прежнему было тайной.