Меченая. Скала

Всегда пугающе спокойные, скрывающие за собой так много недосказанного… Его глаза… в которых я могла увидеть целую вселенную. Его глаза… алые, налитые кровью.

Чейз.

Я потеряла сознание.

Глава 10

Несколькими часами ранее

– Сколько времени?

– Время мыть пол.

– А по-моему время обеда.

– Сегодня у тебя его не будет.

– С какой такой радости?

– С такой же, с какой вчера на моей голове оказалось ведро с помоями.

Я запустила в Сиропчика половую тряпку.

Он увернулся:

– Ужина тоже не будет.

– Она тебя даже не задела, неженка ты долбаный!

– Точно не будет. – Пометка в блокноте.

Пол. Горы посуды. Кипы грязной одежды. Слои пыли. Общественный туалет. Чья-то блевотина в холле общежития. Перечислять дальше?..

Это были две самые мучительные, самые беспросветные и самые вонючие недели в моей жизни!

Моя комната стала моей камерой. Тайлер стал моим личным тюремным надзирателем. А вся обширная территория социально-управленческого сектора – местом для исправительных работ.

А я… а я стала универсальным работником во всех хозяйственных сферах, ну или просто «уборщицей по вызову», – это Сиропчик меня вчера так назвал, за что и получил ведро кухонных помоев на голову. А ведь это могли быть и человеческие испражнения. Фу. Самой тошно.

Выполняла ли я все поручения Блейка, которые ровно в семь утра мне озвучивал Тайлер? М-м… вопрос риторический. Скорее я просто делала вид и тянула время, пока Его Величество Дакир уже как две недели улаживал вопрос по поводу моего испытательного, но лучше даже сказать, исправительного, срока.

Мне было плевать, что там Сиропчик помечает в своём допотопном блокноте своим допотопным карандашиком. Кто для меня этот город, и кто для него я, что бы даже не являясь официальным жителем Креста, более того – даже не желая этого, выполнять всю вышеперечисленную работу?..

Я ведь не совсем ещё из ума выжила.

В век постапокалипсиса устраиваться чернорабочим без зарплаты и премиальных?.

. По мне, так умереть и то приятней.

Так что мыть пол в маленьком кабинетике в каком-нибудь административном корпусе я могла и два и три часа…

Часы. У Тайлера были часы! Механические, на серебряном браслете.

– С какого трупа стащил? – без особого интереса поинтересовалась я, помешивая палкой снег, таявший в большом чугуне для стирки. Это был мой первый день отработки.

– С трупа твоей бабушки.

Я и бровью не повела:

– Да ты ещё и старомоден.