Разбуди меня вчера

Вчера было двенадцатое, сегодня… Всё в норме! Только вот трясёт не по-детски.

На этот раз подтверждений реальности моего сновидения нет, – что к лучшему. Никаких физических повреждений – никаких доказательств моему безумию. Значит, я не безумна; подумаешь, кошмар приснился!

«Ридж», – имя моего соседа внезапно вспыхнуло в голове, рука с кружкой дёрнулась и несколько капель горячей жидкости обожгли кожу. И вместо того, чтобы подставить руку под струю холодной воды, я уже спортивной ходьбой пересекала гостиную, а спустя ещё несколько секунд уже тарабанила кулаком в дверь соседней квартиры, наверняка вытаскивая Дэнди из тёплой пастели и, тем самым, роя себе могилу.

Но это неважно. Потом что вот оно – доказательство здравости моего рассудка. Я понятия не имела, как зовут этого недоумка-рокера. Дэнди – его фамилия. А Ридж… Это имя не может быть его именем, потому что я понятия не имела о его имени. Да, как-то так.

Дэнди далеко не сразу открыл дверь, и первое за что зацепился взгляд так это за взлохмаченную шевелюру, словно его током секунду назад шандарахнуло.

Его боксеры для меня не в новинку, так что даже взгляд ниже лица не опустила, и вовремя успела подставить ногу, когда Дэнди, разлепив один глаз, окинул меня незаинтересованным взглядом водителя автобуса в час-пик и толкнул дверь обратно.

– Я на секундочку! – воодушевлённо воскликнула, проскользнув в квартиру.

Дэнди широко зевнул, запустил пятерню в «гнездо» волос, с характерным звуком поскребя пальцами затылок, разлепил второй глаз и привалился плечом к стене, выглядя максимально недоброжелательно, примерно как измотанный ночной сменой кассир супермаркета.

– Квартирой ошиблась?

Спохватившись, что заявилась к соседу в одной лишь влажной после сна футболке, натянула её как можно ниже, надеясь, что ещё не успела засветить трусиками и твёрдо заглянула в два прищуренных изучающих меня глаза:

– Говори, как тебя зовут!

Бровь Дэнди заинтригованно выгнулась. Выпрямившись, он лениво шагнул ко мне и, сложив руки на груди, наклонился к лицу так близко, что пришлось выгнуть спину и затрещать позвоночником, как куском не особо гибкой древесины.

Напряжённая тишина начинала напрягать и ставить меня в ещё более неловкое положение, так что пока этот идиот сверлил моё лицо глазами, я уже несколько раз успела пожалеть, что вообще к нему сунулась.

В отличие от сна, в реальности он меня «малышкой» называть не станет. Глядишь, и вообще по голове настучит.