Окатанский боец

В остальном… всё, что могло расплавиться от высоких температур, собственно, расправилось, и теперь напоминает работы какого-нибудь не особо талантливого скульптора-экспрессиониста. В библиотеке Тантума полно журналов на тему искусства; раньше я любила рассматривать картинки. Как сейчас, надо признаться, с нескрываемым интересом рассматриваю жилище наших предков. Новые дома обустраиваются по тому же принципу, и все вещи мы называем своими именами, но… оказаться здесь, – в доме, где действительно жили люди до того, когда наступил Конец света, это нечто… это очень странное ощущение.

Я никогда не покидала Альтури. Я даже, кроме Тантума и Окаты больше нигде не была и вот оказалась здесь – в Мёртвых землях, по которым рыскали твари, где умирали люди… Где они выживали.

– Печальная картина? – Женщина всё это время за мной наблюдала.

– Можешь потушить свечи, мне ни к чему такие почести, – подхожу к канделябру и задуваю несколько огоньков; рафки в темноте, как кошки видят.

– Это всего лишь простая гостеприимность, – слышу нотки веселья в голосе женщины.

– О, да, – разворачиваюсь к ней, – я сполна оценила удобство клетки. Благодарю.

– Пф… какие слова, – пренебрежительно фыркает.

– Кто ты? – смеряю её твёрдым взглядом. Осматриваю с головы до ног, и удивляюсь тому, что вопреки красивой загорелой коже, глаза её горят алым. – Ты не… не рафк?

– Присаживайся, – скорее приказ отдаёт, чем просит и кивает на один из стульев.

 – Тогда и поговорим.

Не вижу смысла демонстрировать упрямство на территории врага (врага же?) и послушно опускаюсь на стул.

Женщина занимает место напротив. Сцепливает тонкие пальцы с длинными заострёнными ногтями в замок на столе и ещё некоторое время сверлит меня взглядом. А я в это время разглядываю её не менее пристально: тёмная одежда подчёркивает изгибы высокого подтянутого тела, чёрные, как смоль волосы собраны в высокий хвост на затылке, тонкие кисти кажутся хрупкими, а содранные до крови костяшки со свежими ранами говорят, что первое впечатление ошибочно.

На вид лет тридцать, – не больше. И у неё действительно очень красивая, бархатистая кожа с карамельным загаром, полные яркие губы, высокие скулы и аккуратный маленький нос, вокруг которого едва заметно рассыпались веснушки. А глаза у неё горят красным. И я совершенно не понимаю, как такое возможно.