Окатанский боец

– С людьми, разумеется!

– Вот теперь ты не кажешься мне такой умной, – женщина запрокидывает голову и пугающе холодно смеётся. И этот смех, чёрт возьми, больше не парализует, – он сводит с ума, наизнанку выворачивает!

– Отпусти меня!!! – ударяю ладонью по столу и вскакиваю на ноги. – Отпусти, или будет война! Неважно, что ты со мной сделаешь… войны не избежать, и тогда…

Секунда.

Всего секунда, а то и меньше, потребовалась женщине, чтобы обогнуть стол и, схватив меня за волосы припечатать щекой к столешнице.

Боль сотрясла голову, в глазах помутнело, а во рту возник привкус крови…

– Слышала о… морте, которого прозвали Окатанским бойцом? – ядовитым шёпотом зазвучало на ухо. – Морт, которого люди пленили для сражений в бойцовских ямах?.. Тот самый… благодаря которому ты, умняшка, всё ещё ходишь, говоришь и дышишь. Так вот… наш с тобой разговор об Окатанском бойце и есть причина, по которой мы устроили так называемое похищение тебя из Шэлмана. Да и… как-то жалко будет, если годы твоих упорных тренировок так и останутся никем не оцененными.

Ты ведь так старалась.

– Ты следила за мной? – шиплю с презрением, дёргаюсь, но оказываюсь лишь крепче прижатой к столу. – Для чего?

– Скоро начало Кровавого сезона, помнишь? – продолжает звучать утробное рычание женщины. – А мы, к сожалению, не можем напасть на Окату, пока в её периметре работают глушители. Поэтому… – наклоняется ещё ближе, так что горячие губы оказываются прижатыми к моему уху и шипит тише, но свирепее, – поэтому именно ты выполнишь работу, которую я тебе поручу.

Ты вытащишь Окатанского бойца из ямы, выведешь его за оцепление, и как только это случится, – дам тебе дружеский совет, – беги от него со всех ног. Ты ведь хорошо бегаешь?..

– С чего ты взяла, что я стану тебе помогать? И тем более стану помогать морту?!

Над головой раздался приглушённый, но определённо победный смешок:

– Станешь. Ещё как станешь. Ты ведь такая чудная справедливая девочка… К тому же… ты перед ним в долгу.

А теперь обсудим детали. И стимул, разумеется. Не думаешь же ты, что я буду умолять тебя помочь, правда?.. Всё гора-а-аздо интереснее! – Женщина отпускает меня и, как ни в чём не бывало, с грацией кошки возвращается на свой стул.

Едва она успевает договорить, как входная дверь распахивается и в дом на всех порах влетает один из рафков:

– Сэйен! – кричит сходу, то ли крайне возбуждённо, то ли с тревогой, понять не могу.