ЛЮБОВЬ

Вот и сейчас, она в центре внимания.

Вечер в разгаре.

Звучит приятная танцевальная музыка, немного даже томная, в ритме сальсы.

По широким ступенькам спускается молодой мужчина, эдакий породистый и ухоженный жеребец, с высоко поднятой головой, немного надменным взглядом и безупречно разодетый.

Белоснежная рубаха, кажется даже на расстоянии, распыляет нотки утренней горной свежести.

Никакого галстука, верхние пуговицы расстегнуты ровно на столько, насколько это и прилично и притягивает взгляд.

Стильный черный, с отливом костюм, как бы несколько небрежно надетый, с дотошной точностью повторяет все линии его привлекательной фигуры.

Туфли дополняют ансамбль и делают его очень ярким на фоне всех богато разодетых гостей, но не обладающих даром высокого эстетического вкуса.

Она стояла у зеркала, и видела, как он легко и непринужденно, почти в ритм звучащей музыки, направлялся прямо к ним. Хозяева вечеринки, которые мило беседовали с ее сестрой и мужем, завидев его, громко приветствовали и сделали пару шагов навстречу.

Они представили его всей компании.

Оказалось, это их сын. Они редко видятся, он занятой человек и живет в Вашингтоне.

Она поражалась открытости этих людей, в течении пяти минут хозяева выдали полное досье на своего сына.

Он смеялся, но в отличие от родителей, было понятно, что не намерен на такое же откровение.

Он вполне удовлетворялся общими фразами ни о чем.

Глазами же постоянно «пилил» русскую гостью.

Зазвучало танго, и он довольно решительно, подмигнув ей, протянул руку, приглашая на танец.

Это был почти вызов, и она приняла его, так же решительно.

Пальцы его рук, скользнули от запястья ее руки чуть выше и вернулись обратно, как бы поглаживая нежную кожу ее тонкой красивой руки, что не ускользнуло от его глаза, еще при первом рукопожатии.

Она поняла сразу, что имеет дело с Дон Жуаном, ее несколько напрягали и даже злили его явно выраженая самоуверенность, хвастливость и напористость.

Танец изначально принял окраску соревновательности. Она очень хотела снять с него спесь, или, как минимум выстроить равноправие, однако он и не собирался сдаваться.

Мужской крепкой хваткой он обнял ее за талию, и вел за собой, то резко разворачивая, то нежно и томно склоняясь прямо к уху, шепча:

– Ты отлично танцуешь, расслабься, я все сделаю сам, ты только наслаждайся! – и улыбнулся, глядя прямо в ее глаза.