Нарушая запреты. Измена

Письменная принадлежность остановилась между указательным и безымянным пальцами. Глаза замерли. Если не двигаться, она меня не заметит. Я же мастер, блять, маскировки. Ебаный хамелеон.

– Это что такое? – Камилла кивает на сумочку.

Заметила…

Варианта два – быстро убрать и сказать, что ничего такого. Или прикинуться дураком. Третий вариант почему-то не рассматриваю. Хотя, он самый действенный. Какой? Просто сказать, что это не её дело, потому что в семье всё решает мужик. Если я решил поставить бабскую сумочку на рабочий стол, значит я так решил! И нехуй тут обсуждать!

Но у меня мозги же отключились.

Поэтому выбираю второй вариант.

– Что? – произношу непонимающе.

– Это, – снова кивает. Брови взмывают выше. Я как шестилетка, опустошивший банку варенья и пытающийся доказать маме, мол это не я. Проблема в том, что весь рот, сука, измазан.

– Сумочка, блять, – выпаливаю резко.

Далее идёт один из гениальнейших диалогов в моей жизни. Если вообще не самый гениальный…

– Правда?

– Тебе купил.

– Правда?

– Нет.

– А кому?

– Себе.

– Правда?

– Нет.

Камилла уже совсем рядом. В непосредственной близости от сумки. Кажется, вот-вот запищит, точно металлодетектор, обнаруживший металл. Непонятно только кто будет пищать – Камилла или сумка.

Наконец прихожу в себя. Отрываю пятую точку от кресла, тянусь к сумке, но не успеваю перехватить – Камилла забирает первой. Самое смешное во всей этой ситуации, что мне же вообще нечего стесняться, скрывать и бояться.

Но я боюсь. Стесняюсь. И скрываю. Почему? Потому что превратился в какого-то малолетку. Прямо как тогда… Двенадцать лет назад. Когда только познакомился с Олей.

– Так и чьё же это добро? – Камилла заглядывает внутрь. – Боже, – воротит нос, – какая дешевизна. Что за мерзость с барахолки?

Откидывает обратно. Так швыряет, что ебаный ридикюль падает на бок и из него вываливается половина содержимого.

Камилла не отстаёт:

– В какой подворотне ты вчера искал шалав? Совсем вкус испортился?

– Она не шалава, – бубню под нос.

Тут же понимаю, что сказанул лишнего.

– Так-так-так, – жена нагибается над столом. – Что за секреты скрываешь?

Смотрю на неё. Она не меня. Таранит. Думает, у неё молнии из зрачков вылетают, или чё? Да мне срать, как ты смотришь на меня. Хоть заосуждайся. Тебя ебать это не должно! Вы только поглядите на меня! Какой крутой! А сам тут же взгляд в сторону увожу, потому что как-то не по себе.