Age of Madness: Утраченная истина

– Табаку? – спросил нас магистр.

– Не откажусь, – ответил Слейтер. Он – любитель табака. Мы с Аделем вежливо отказываемся.

– Я уже говорил, – заводит Дэедэлус старую песню, – если бы артефакт доверили изучать вам, его бы вам и доставили. Раз уж такую находку предоставили мне, то и право изучать – мое.

– А вы не подумали, – начинаю я с иронией, – что вам его просто дали на хранение? Чтоб безопаснее?

– Ведь лучше дать такую редкую вещицу на хранение лояльному человеку, – подхватывает Слейтер, – который ничего не сможет с ней сделать.

Магистр просвещения краснеет, как рак. Привыкший к тому, что бедные студенты пресмыкаются перед ним, он не может терпеть такой дерзости. Малейшая колкость может выбить его из колеи.

– В конце концов, – завершает наш выпад Адель совершенно спокойным голосом, – нет никаких предписаний и приказов о том, что артефакт должен оставаться у вас. Да и будет лучше, если его изучат профессионалы в области тайных искусств.

– Нет, нет и еще раз нет! Господин инквизитор передал его мне и точка!

Лицо нашего магистра помрачнело.

Я знал, что он всего лишь решил произвести необходимый эффект.

– Скажите, господин Дэедэлус, – он говорил полушепотом, – вам самим не страшно владеть кристаллом? Даже здесь я чувствую его силу, хотя вы его спрятали за семью замками в крипте под этой комнатой. Я ведь прав, он там?

Красный цвет лица сменился на мертвенно бледный.

– Как вы…

– Узнал? Нет, я его чувствую, мир вокруг резонирует и искажается, но вам этого не понять.

Хотя, вы могли бы косвенно ощутить его силу. Скажем, во сне, когда стеклянная стена нашего сознания становится особенно тонкой, и через неё может пробиться почти что угодно. Может, вы слышите крики по ночам? Или, закрывши глаза, под веками вы видите образы, размытые искаженные в агонии лица? Если бы вы изучали тайны вселенной так же, как мы, вы бы ощущали это сильнее. Мы, Искатели Истины годами ограняем линзу восприятия нашего сознания. Если вы, магистр, начнете изучение кристалла самостоятельно, через ваш твердый лоб сможет пробиться кое-что страшней легких видений.

Еще немного, и у Дэедэлуса прихватило бы сердце. Благо, Адель вовремя остановился, эффект был достигнут. Сказанное Аделем было правдой. Любой человек, посвятивший свою жизнь изучению арканы, ощущает мир по-другому. В кабинете мы со Слейтером чувствовали себя неловко из-за поля, создаваемого кристаллом. Наш магистр ощущает это в разы сильнее нас, а мы – в разы сильнее Даедэлуса.