День Нептуна. Пророчество Великой Сказочницы – 2

Затаив дыхание, Марина ожидала появления каких-то страшилищ, жаждущих растерзать ее за убийство Нептунии и поднять на смех ее, четырнадцатилетнюю девочку, возомнившую себя королевой. К ее удивлению, из кареты вышла миловидная женщина средних лет с изящными локонами пшеничного цвета. Следом за женщиной, облаченной в темно-синее деловое платье и бежевые туфли-лодочки, карету покинул невысокий полноватый мужчина.

«Турон? Я его иначе представляла», – подумала Марина.

Он приосанился, погладил черные усы, бегло окинул взглядом двор и вместе со спутницей направился к королеве Маринии и ее помощнице.

Марина с облегчением размышляла, что слишком негрозно выглядит Турон, чтобы представлять опасность. Как и ожидалось, слухи о его ужасности оказались раздутыми. Приблизившись к королеве, члены комиссии поклонились, мужчина приподнял шляпу.

– Калис Гротан, – отрекомендовалась особа на шпильках и протянула руку для пожатия.

– Очень приятно, – Марина ответила на жест, слегка наклонив голову.

Эмильда напряженно улыбалась, переживая, как бы королева в самый ответственный момент не отчебучила что-нибудь.

Мужчина, держа в одной руке черный кожаный портфель, вторую руку протянул королеве и представился:

– Тальян Моннок.

Услышав не то имя, которое ожидала, Марина забыла, что нужно пожать руку гостю. Она молча пялилась на приземистого мужичонку в сером костюме и не понимала, почему вместо Турона прислали какого-то Тальяна Моннока. Эмильда двинула ее рукой в ребра, и Марина перевела взгляд на нее.

Помощница плавно повела головой, указывая на висящую в воздухе ладонь представителя комиссии. Опомнившись, королева дернулась, схватила руку гостя и энергично затрясла, чтобы исправить оплошность:

– Добро пожаловать! Рада знакомству! Надеюсь, вам понравится в Мартике!

Эмильда не знала, как дать знак Марине, что она сейчас оторвет руку Тальяну Монноку. На этом испытания для Моннока не закончились.

– Рады приветствовать вас в Маринии! – Чакстон выкрикнул эту фразу так громко и с выражением, словно всю ночь репетировал, а потом всё утро провел в ожидании момента, когда можно будет выкрикнуть.

Вздрогнул не только Моннок, но и все остальные. Калис выдохнула и вымученно улыбнулась в попытках скрасить неловкость. Марина с перепугу бросила руку Моннока. Эмильда переборола желание закрыть лицо рукой и сокрушительно помотать головой.

– Простите… извините… – королева поняла, что перестаралась с рукопожатием. Тальян участливо кивал.