Дети индиго и Святой Грааль

Объяснения тому, как это произошло – нет»…

Следователь Потапов в очередной раз перебирал страницы из материалов дела, расклеивал на доске стикеры с надписями, фотографиями, рисовал стрелки, пил кофе одну чашку за другой и мрачно чертыхался, раз за разом прогоняя записи с камер наблюдения:

– Чертовщина какая-то… Вот машина у входа, вот они выходят, вот в кабинете у Коломойского, и пусто… Ни следов монтажа, никаких дрыжков или склеек…

Потапов набрал номер на мобильном:

– Верочка? Привет, дорогая, скажи мне, гений монтажа и прочих телевизионных эффектов, ты уверена, что на записи, которую я тебе показывал, нет следов вмешательства каких-нибудь «злых людей»? Ну, может цифры таймкода дорисовали при помощи компьютерной графики, или изъяли кусок материала, чтобы сбить с толку следствие? Нет… Ты готова палец на отсечение отдать… Не надо пальцев, тебе ж на них маникюр носить… Пытаюсь шутить…

Верочка разговаривала с Потаповым, стоя на проходной телекомпании, где работала.

Одной рукой она придерживала телефон у уха, другой проверяла кассеты в сумке:

– Серёж, клянусь, я на студии всем самым крутым спецам эту запись показывала, все пожимают плечами… Да, у меня для тебя интересная инфа… Не знаю, имеет ли это отношение к делу, но я тебе на почту сбросила письмецо «не для посторонних глаз», ты его прочти… А я на съёмку сюжета сгоняю, и мы с тобой поговорим…

Потапов нажал на кнопку компьютера, тот недовольно заурчал и замигал. Потапов театрально вскинул брови:

– Кааанешна! Урчим, помаргиваем, попукиваем, а запускаться будем битый час! «Техника двадцать первого века»! С такой только и раскрывать преступления… Преступники ведь у нас тоже пользуются такими же отсталыми технологиями, а мы на шаг впереди!

Когда, наконец, компьютер заработал, и на экране появился текст, который прислала Верочка, следователь изумлённо присвистнул.

Москва. 21 век.

Отец Саши сидел в старенькой машинке сына на водительском сиденье, взгляд его упал на брелок, прикреплённый к ключу зажигания.

Китайская безделушка в виде герба Парижа. Это Маша привезла Саше из Франции. Алексей Иванович вспомнил, как горд был Саша, что сам приехал в аэропорт встречать Манюню – как он её называл, из поездки. Тинейджеры – вспоминал отец, шли от здания аэропорта, держась за руки, Саша чмокнул подругу в щёку, встретился взглядом с отцом – тот ждал ребят на стоянке в машине, смутился.