Тяжело быть светлой, или Высший даймон прилагается

Руфина отвернулась от меня и поджала к животу ноги, а потом глухо добавила:

– Может, я просто боюсь другой жизни?

– Ру, прости, я не настоящая валькирия и мне просто не ведомы те душевные муки, которые вы испытываете, оказавшись вне своей стихии. Но знаешь, глядя на то, как валькирии зачастую рожают детей от разных мужчин и воспитывают их в одиночку, наверное, предпочла бы семью. Любовников может быть сколько угодно, но это все не то. Ты сама это понимаешь.

– Понимаю, конечно, – покивала Руфина.

– Ладно, не думай об этом, не рви свою душу. Сама потом решишь, что лучше – смерть или новая жизнь.

Я поцеловала валькирию в щеку и, легко соскочив с кровати, выбежала на балкон, с которого открывался потрясающий вид на сад. Взгляд мой просто притянулся к цветущим деревьям. Магнолия, обожаю ее. И цветы такие красивые, нежные белые и розовые, а аромат от них просто умопомрачительный.

– Ладно, я к себе пойду. Нужно выспаться, впереди у нас еще три с лишним недели монотонной работы. Ненавижу охранять.

Валькирия выглянула на балкон и похлопала меня по плечу.

– Ну да, – протянула я, обернувшись к ней с хищной улыбкой на губах, – убивать куда проще.

Руфина рассмеялась, схватила со столика у окна гроздь винограда и, пританцовывая, удалилась, оставив меня наедине с моими мыслями.

Глава 2

Неделя, проведенная в Кар-Дуре, как ни странно, пролетела незаметно. Опасения Руфины не сбылись. Вампиры предложили валькириям и даймонам охранять Аделизу по очереди, что дало нам возможность свободное время проводить либо в замке, либо в городе. В Клыке было шумно и слишком, я бы сказала, «вампирно», поскольку там вовсю шла подготовка к свадьбе. По коридорам носились вампиры и вампирши, ответственные за подготовку к торжественному событию, что-то привозили или, наоборот, прятали с глаз подальше, убирали, мыли и драили, громко ругались и что-то роняли, потом вновь ругались.

Поэтому мы сбегали в город, но не все разом, а по очереди, чтобы в замке оставался кто-то из валькирий.