Чтица. По следам лжи

Марвенна тут же замахала на меня руками.

– О, нет! Не думай, будто мы расстроились из-за переезда, или из-за дома. Просто это место, этот витающий в воздухе дух навеял воспоминания о былом.

– Кстати, кто-нибудь расплатился с кучером. Или он так и ждет у крыльца? – встрепенулась Ронда и, поднявшись из-за стола, быстро вышла в коридор.

Некоторое время мы слышали топот ее удаляющихся шагов, ведь она всегда носила туфли на каблуке, а потом негромко хлопнула входная дверь, и дом погрузился в тишину, нарушаемую только тиканьем часов в гостиной да птичьими перекличками, доносившимися сквозь приоткрытое окно.

– Эдвин спит? – как бы невзначай поинтересовалась тетушка Марвенна и окинула столовую оценивающим взглядом.

– Угу.

Я кивнула и решила сходить на кухню. Время было обеденное, и, наверное, не мешало бы хоть что-нибудь съесть. Пока я жила в доме одна, готовка и все хозяйственные дела целиком и полностью лежали на моих плечах, но теперь все изменится. Это точно. Ронда умопомрачительно готовит.

Ее булочки и пироги – это что-то необыкновенное. Так и кажется, что с очередным кусочком проглотишь язык. Марвенна же просто помешана на порядке. Тетушка любит раскладывать вещи по местам, тщательно протирать пыль со всех полок. Наверное, дай ей волю, она будет заниматься этой кропотливой работой круглые сутки.

«Зато с их помощью мы быстрее освоимся в доме», – подумала я, ставя чайник на плиту.

– Нет, Гвен, тебе определенно делать здесь нечего, – отодвинув меня от плиты, заявила вернувшаяся с улицы Ронда.

 – Я сама займусь приготовлением обеда, а ты лучше помоги Марвенне разобрать наши чемоданы. Кстати, в общей куче имеется и парочка твоих сундуков. Мы не решились отправлять документы и книги вместе с мебелью. Кто знает, чем занимаются эти доставщики.

– Хорошо.

Я улыбнулась тетке, которая, стоя у плиты, с какой-то предвкушающей улыбкой разглядывала свои новые владения.

Марвенну обнаружила в холле. Тетушка, скрестив руки на груди, придирчиво рассматривала огромный сундук и явно соображала, как эту тяжесть затащить на второй этаж.

– Что в нем, если не секрет? – полюбопытствовала я, постучав пальцами по крышке.

– Посуда, – тяжко вздохнула Марвенна. – Мы ведь не могли бросить старинный сервиз, доставшийся нам еще от прабабки. Ну, и так, по мелочи кое-что.

Я не смогла сдержать смех. Правда, обе тетушки ревностно относятся к семейным реликвиям и никогда ничего не оставят, даже если это придется тащить на себе.