Чтица. По следам лжи

Я выпрямилась и залюбовалась заснеженной дорогой в обрамлении заснувшего леса. И, несмотря на опускающуюся тьму, не рассеиваемую до конца редкими магическими фонарями, пригород оказался более оживленным. Здесь сновали прохожие, где-то слышался детский смех, местами молодежь каталась с горок, и нас еще долго преследовал девичий визг, поскольку некоторые юноши пытались обкидать девушек снежками.

Луэнд, наш городок, тоже встретил нас оживлением, из-за чего Лире пришлось изменить маршрут и промчаться задворками, потревожив собак, бегавших в чьем-то дворе.

Однако в нашем саду было тихо, хотя у крыльца, немного накренившись вбок, стоял носатый снеговик в нахлобученной на макушку старой шляпке Марвенны и моем старом шарфе, повязанном на предполагаемой шее. С широкой улыбкой на губах я простилась с Лирой, моментально растворившейся в воздухе, и вбежала в дом.

– Мама! Мама вернулась!

Мой сын вылетел из гостиной, где ярко пылал камин, и повис у меня на шее.

– Здравствуй, дорогой, – поздоровалась я, целуя Эда в щеку, и заговорщически понизив голос, спросила: – А ты не подскажешь, откуда в нашем саду появился носатый незнакомец в фиолетовой шляпе и полосатом шарфе?

– Это мы с тетушками слепили, – так же тихо отозвался Эд и умчался обратно в комнату.

– Здравствуй, дорогая.

Ронда выглянула из кухни и забрала у меня пальто.

– Его нужно просушить.

Я только кивнула, стянула с ног сапоги, надела любимые тапочки и, чмокнув тетушку в щеку, отправилась в гостиную.

На полу, посреди пушистого ковра, обложившись карандашами и альбомами, сидел Эдвин, а в глубоком кресле у камина обнаружилась Марвенна, как обычно, погруженная в чтение какой-то книги.

– Добрый вечер, – пробубнила тетушка, перевернув страницу и глянув на меня поверх очков. – Как прошел твой день?

Я пожала плечами, не горя желанием рассказывать тетушкам и особенно Эду про убитую провидицу.

– Ничего нового.

– Ну, и хорошо, – отозвалась Марвенна и вновь погрузилась в свой мир.

– Мам, порисуешь со мной?

Сын подергал меня за брючину и похлопал по ковру рядом с собой.

– Руки только вымою.

Я улыбнулась и отправилась в ванную комнату. Из кухни доносились аппетитные запахи. Там явно что-то запекалось, и оттуда слышалось мурлыканье – это Ронда напевала под нос веселую песенку, одну из тех, что пела своим сыновьям, когда они были маленькими, а теперь поет их моему сыну.