Будни программиста Морокина. Рассказы

– Так дрыхнет он сейчас. Выходной. Раньше 6-ти утра его лучше не будить. Может послать далеко или в глаз закатать спросонья, – шепотом сообщила ему женщина.

– Что же делать-то? – погрустнел Морокин.

– Меня тетя Маша зовут. А тебя?

– Меня зовут Костя, Константин Морокин, – представился он в свою очередь.

– Ты вот что. Тебе все равно делать нечего. Ты сейчас вот эти ящики перетащи сюда, а зеленую тумбочку на их место поставь. Как раз до утра и управишься. Я ведь тут почти круглосуточно работаю.

И днюю и ночую. Все ходят, ходят, а помочь некому. А утром я сбегаю, разбужу Петьку, да приведу сюда.

Всю ночь Морокин таскал и двигал ящики в пивном ларьке, переставлял коробки с соком и лимонадом. К утру совсем уморился и заснул прямо на коробках с пепси-колой.

Ему приснился бультерьер Сеня, который пришел в ларек за лимонадом и чипсами, держа в зубах авоську и две мятых сторублевки. Увидев его, Морокин присел от страха на пол и закрылся руками.

– Вставай! Утро уже! – рявкнул на него Сеня человеческим голосом.

Морокин от удивления вздрогнул и проснулся.

– Вставай, вставай, сердешный, – тормошила его за плечо тетя Маша. – Посиди за прилавком, пока я домой сбегаю. Надо успеть, а то Петька не ровен час опять заколдырится. Тогда уж не работник, извини!

Морокин с усилием поднялся и оправил халат, пытаясь придать ему хоть какой-то приличный вид. Однако лохмотья, растерзанные Сеней и грязные от разлитого томатного сока, были совсем не похожи на одежду достойного члена общества.

Морокин вздохнул. В окошечко ларька уже требовательно барабанили страждущие с утра граждане.

Дядя Петя был суров, небрит и немного с похмелья. В его руках был небольшой саквояж с инструментами.

– Показывай! – строго сказал он.

– Вот. Вот здесь, – подобострастно проблеял Морокин, указывая на дверь своей квартиры.

– Крестовик, – одобрительно кивнул дядя Петя. – Если отверткой не открою, то ломиком наверняка. Сколько лет замку?

– Вроде года три.

– Годится, – еще раз похвалил Морокина дядя Петя и открыл свой волшебный саквояж.

Морокин с обожанием глядел на небритого мужа тети Маши, как будто тот был каким-то всемогущим магом или кудесником из сказочного фильма. Жизнь, здоровье, остатки достоинства и качественный контент (да, да, и это тоже!) – все было в мозолистых руках этого угрюмого чародея с отверткой.

За дверью квартиры завывала голодная кошка.