Волк из Поднебесья

Страшно стало, когда волк отшвырнул медведя, и сосна заходила ходуном, обиженно зашелестев посыпавшейся вниз и на нас хвоей. Я встретилась с выпученными от страха синими глазами Велины и покрепче обхватила руками подрагивающий ствол.

– Нам конец! – прокаркала она, повторяя мой жест.

– Да, конец нас ждет весьма печальный, если сосна не выдержит напора и завалится.

Я согласно покивала в ответ, одновременно лихорадочно обдумывая пути к отступлению. Об охоте на волка уже не могло быть и речи, какой дурак сунется в такое месиво.

К тому же мне отчего-то казалось, что волк прекрасно осведомлен об устроенной на него засаде и треплет мишку не просто потехи ради или в стремлении отбить у него тщательно втоптанные в землю продукты, просто таким образом он решил напугать двух незадачливых магичек, чтобы в их еще юные головы не забредала всякая ерунда.

– Аленка, тикать надо, пока мы еще живы и здоровы! – взвыла Велина, когда сосна в очередной раз содрогнулась от сильного удара.

Мне даже послышался какой-то треск.

– Ты ведь взяла с собой амулет для перемещений? – спросила, глянув на ее белое лицо.

– Конечно, взяла, – радостно отозвалась она и, отпустив сосновый ствол, полезла во внутренний карман куртки.

Каким чудом подруга удержала в руках свой браслетик заговоренный, не знаю, ведь в следующий миг после очередного удара сосна еще громче заскрипела и начала крениться в сторону полянки, где все еще кипело сражение. Пусть волк и медведь, нанеся друг другу сильные увечья, уже не так рвались в бой, предпочитая просто задавливать весом соперника, оказаться рядом с рассвирепевшими животными вовсе не хотелось.

Если на разум волка еще можно было полагаться, то на затуманенное злобой сознание косолапого вряд ли. Тем более мы его обижать первыми начали, так что и перепадет по всей строгости.

– Алена, скорее настраивай портал.

Велька бросила браслет мне и поджала ноги, поскольку наша спасительница все больше наклонялась в сторону, и я даже заметила насмешливый блеск в умных желтых глазищах.

Нас намеренно запугивали.

«Ладно, – подумала я, прикрыв глаза и припомнив свой собственный двор в мельчайших подробностях, – сражение мы проиграли, но война еще не окончена».

Спелыми горошинами нас выбросило на траву у дома. Я даже сгруппироваться не успела, больно приложившись задом о край нижней ступеньки. Выдав заковыристое ругательство, которое однажды подслушала у мужиков на сенокосе, схватилась обеими руками за пострадавшую часть тела и упала на бок.