Орхидеи в крови

 – А Вы меня даже в известность не поставили.

– В Вашем музее нет ни одного цветка! – взорвалась завуч.

– Конечно, потому что Вы там уже второй месяц делаете ремонт и цветы я держу дома! – огрызнулась Олеся, «сволочь, ты, Федечка, как меня подвел».

– Ну, это неважно, – Зоя Михайловна взяла себя в руки. – Просто мы решили, что Вы туда не захотите ехать. Там комары, эти, как их, малярийные, гады всякие.

– И кто туда едет? – Олеся уставилась на женщину тяжелым взглядом.

– Влад Тихомиров их одиннадцатого «А», парочка преподавателей из местного Университета, ну еще Татьяна Борисовна, в качестве переводчика, я, и сам Тихомиров, естественно.

– А биологи Вам в этой поездке не нужны? Я правильно Вас поняла? – Олеся саркастически ухмыльнулась. – Действительно, орхидеи может собрать и переводчик.

– Ну, прекратите, – завуч поморщилась как от зубной боли и перешла на «Вы», – Вы все равно уже не сможете с нами поехать.

– Почему?

– Потому что Вам надо было сделать кучу прививок, а для некоторых нужна повторная вакцинация.

– Я поеду так, – Олеся сама не понимала, что на нее вдруг нашло.

– Рискуете, – зло отчеканила завуч. – Очень рискуете.

– Ничего страшного. Так, когда мы собираемся? – Олеся сделала ударение на слове «мы».

– Через две недели, седьмого июня. Подумайте Олеся Викторовна хорошо, а завтра мы с Вами поговорим об этом еще раз.

Олеська не прощаясь, вышла из кабинета и почти выбежала из гимназии.

«Значит, они решили меня кинуть. Ну, то что, мать Татьяны Борисовны подруга нашей директрисы все знают. Значит, в экспедицию едут одни «блатные», отдыхать нахаляву, мать их», Олеська зло бежала домой.

Немного успокоившись, уже за кружкой ароматного чая с вареньем, Олеська решила, что действительно, зачем ей туда ехать? Далеко и страшно, а музей все равно придется просто закрыть. На время.

– К чему мне эти приключения на одно место? – вслух спросила себя Олеся и окончательно решила.

Федор пришел, как и ожидала Олеся, с двумя горшками орхидей и искренне попросил у жены прощения за вчерашнее:

– Олеся, я так взбесился, когда вернулся домой, котлеты сгорели, вода из кастрюли выкипела, вонь страшная, а тебя дома нет. Ну, ты же женщина, как так можно? Мне иногда кажется, что кроме твоих орхидей тебя вообще больше ничего не волнует, даже родной муж.