В одно касание. Избранное

Судьба флота это судьба России, Софья. Петр сообразил это в раннем возрасте. Кстати мы пришли! Пройдёмся по набережной.

– Немного прохладно.

Он на мгновенье замешкался, перекладывая что-то по карманам, снял пиджак и накинул на её плечи.

– А вы знаете, что первое название она получила в начале 18 века – Береговая нижняя набережная. Затем переименована в Исакиевскую. Затем Галерная и вот – Английская!

– А где же находится ваше таинственное Морское собрание?

– О! Тайна сия, с благословления императора, прячется у Поцелуева моста, на втором этаже Крюковских казарм.

Через час они усаживались за стол в ресторане на Невском. Мягкий свет. Вечерние платья и мундиры. Звуки рояли и скрипки. Нежная позолота потолка и стен.

– Здесь прекрасный повар! Готовит на «бис».

Тыльной стороной ладони пригладил поля шляпы и положил её на соседний стул.

– Вы сегодня немногословны.

– Что-то меня тревожит!

Коснулась пальцами прикрытых глаз.

– Вероятно, есть причины? Расскажите!

И она, разрывая собственный плен, потянувшись к нему, поведала о своей находке у порога квартиры.

– Ждите меня здесь! Я скоро! Проследите, пожалуйста, за сервировкой нашего стола. Вечер обещает быть долгим.

И быстрым твёрдым шагом пошел через зал к выходу.

Зоркий

На улице скучали извозчики. Отчаянно свистнув, взмахнул рукой. Выбрал сильную гнедую лошадь. Посыпалась дробь копыт.

– На Гороховую!

Прыгнул на ходу. Вынул револьвер, крутанул барабан.

– Ах, Софья, Софья! Что ж ты не решилась сразу сказать обо всём. Только бы не поздно!

Остановил пролётку, не доезжая поворота к дому.

– Постой братец здесь! Подожди меня!

Тенью пробежал со стороны двора, через арку. Прислушался. Пригнувшись, добрался до окна. За портьерами темно. Шаги? Что-то скрипнуло, словно споткнулся неизвестный об стул.

Налётчики? А где же хозяйка? Развернувшись метнулся в дворницкую.

– Спишь? Бегом до городового! Поднимай всех! Воры в доме!

Дворник бросился в переулок. Стрелки часов на руке показывали 21:06. Осторожно двинулся к подъезду. Мимо уже знакомого выступа из камня. Выглянул. Никого.

Неслышно ступая, приотворил дверь. В глубине, возле входа в квартиру, облокотившись на перила, стояла рыжеволосая простушка. Лузгала семечки. Он глянул на часы – 21:09. «Где же они, господа полицейские?» Взвёл курок револьвера.