Трижды воскресший

– Тогда немедленно приезжайте, немедленно! Слышите?

– Что с ним?

– Записывайте адрес, – ничего не объяснив, приказал приятный женский голос, – и приезжайте побыстрее.

– Что с ним?

Но из трубки уже раздавались гудки.

Очнулась Соня только в такси. Она совершенно не помнила, как собиралась, как вызвала машину и продиктовала адрес больницы. Все происходящее напоминало страшный сон.

Соня не догадалась надеть что-нибудь теплое и выбежала из дома в первой попавшейся футболке, которая валялась на диване, и в домашних джинсах.

В начале осени, да еще ночью, пришли первые заморозки, и теперь она жутко замерзла.

– Что же вы так легко оделись? – поинтересовался шофер, наблюдая за Соней в зеркало заднего вида.

Ничего, не ответив, она только посильнее сжала зубы, чтобы унять дрожь.

В приемном покое Соня уже ничего не смогла сделать с бившей ее лихорадкой. Пришлось переждать несколько минут и только после этого подойти к окошечку «Справочного».

Оказалось, что ее уже ждали.

– Девушка, почему же так долго? Я ведь сказала – приезжайте немедленно, – начала было брюзжать подошедшая к Соне пожилая женщина в белом халате, но внимательно на нее посмотрев, внезапно замолчала на полуслове.

– Пойдемте со мной, – изменившимся голосом попросила она.

Они поднялись на второй этаж и пошли по длинному коридору. Внезапно докторша остановилась.

– Нам надо поговорить, – устало произнесла она.

Соня молча кивнула головой.

– Вас лихорадит. Хотите, я накапаю вам валерьянки?

Соня снова кивнула.

Они вошли в небольшую палату, полностью заставленную прозрачными шкафами с лекарствами.

– Выпейте. – Женщина протянула небольшую пластиковую чашечку, от которой резко пахло валерьянкой.

Соня послушно опрокинула содержимое стаканчика в рот.

– Вам лучше? – через некоторое время спросила доктор.

– Да, – ответила Соня и не узнала свой собственный голос, таким глухим и слабым он ей показался.

– Мне очень тяжело вам это говорить, но ваш муж умер полчаса назад.

 – Женщина замолчала, внимательно наблюдая за реакцией Сони. – Его привезли около десяти вечера с увечьями, несовместимыми с жизнью. Была пробита голова и сломан позвоночник. Он умер, не приходя в сознание, – немного подумав, добавила она.

Безразличие ледяной волной окатило Соню. Она тупо смотрела в некрасивое лицо докторши и не могла поверить ни слову. Тонкие губы женщины двигались, обнажая мелкие неровные зубы.