Точка кипения

Очередной ее гражданский муж, которого она так долго обхаживала, сначала согласился с ней жить, а потом выставил ее с вещами на улицу. Ирина страшно гордилась тем, что ей удалось так ловко отхватить «лакомый кусочек» и в начале совместной жизни с Александром постоянно приходила к Соне хвастаться – вещами, которые он ей покупал, поездкой на Кипр, где они отмечали своеобразный медовый месяц, морскими камушками которые она привезла из поездки. Неважно чем хвалиться, главное, что у Сони тогда ничего этого не было – ни мужа, ни Кипра, ни даже морских камушек.

Со временем Ира приуныла, и хвастаться перестала. Во-первых, Соня не завидовала, а во – вторых у самой Иры появились небольшие проблемы. Как оказалось, Александр кроме достоинств имел еще и незначительные недостатки, такие как «замечательная» мама и патологическая жадность – в чем клялась Ирина. Потом выяснилось, что жить с ним совершенно невозможно, еще и потому, что Александр полный импотент, что с пугающими анатомическими подробностями доказывала «счастливая» жена. С маниакальной настойчивостью Ирина рисовала на любой подвернувшийся ей под руку бумаге, «замусоренные шланги» и тонко намекала на их идентичность с «мужским достоинством» Александра. Причем данные чертежи были насильно показаны не только самой Соне и всем их общим знакомым, но и несчастной соседке, зашедшей за солью. На протяжении двух месяцев Ирка каждый вечер рассказывала Соне, как она красиво от него уйдет, хлопнув дверью. Время шло, но своих угроз Ирина не выполняла. И вот две недели назад она появилась у Сони в час ночи с чемоданом в руках и небольшим свертком под мышкой. А у подъезда ее ждал грузовик. Оказалось, что весь последний месяц Александр не знал, как от нее избавиться и, наконец, его терпение лопнуло. В тот злосчастный вечер он подогнал арендованный на час грузовик, погрузил туда экс-супругу, огромную кучу одежды, которую запасливая Ирка успела приобрести за их недолгую совместную жизнь, и отправил восвояси. Но почему-то особенно злило Ирку то, что она не смогла забрать с собой его кухонный комбайн, а от «Тефалевской» сковородки удалось припрятать только крышку.

Соне ужасно хотелось спать, глаза буквально слипались. «Интересно, который сейчас час» – подумала она и повернула голову. Справа на стене, как раз напротив кухонного стола, за которым сидели женщины, висели небольшие часы в форме чайника, которые к ужасу Сони показывали пол первого ночи.