Стрекозка Горгона Уланы в Умани

Говорят, Аракчеев – деспотичный, но далеко неглупый чиновник – на коленях умолял Государя не вводить на Руси военных поселений, ибо предвидел возмущение народа, но Александр, увлёкшись Шарнгорстской (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%A8%D0%B0%D1%80%D0%BD%D1%85%D0%BE%D1%80%D1%81%D1%82,_%D0%93%D0%B5%D1%80%D1%85%D0%B0%D1%80%D0%B4_%D0%98%D0%BE%D0%B3%D0%B0%D0%BD%D0%BD_%D0%94%D0%B0%D0%B2%D0%B8%D0%B4) системой комплектования армии, введенной в Пруссии (https://ru.wikipedia.org/wiki/%D0%9F%D1%80%D1%83%D1%81%D1%81%D0%B8%D1%8F), был непреклонен: он воспламенился идеей перевоспитать русских на правильный европейский манер.

И даже мощные бунты, произошедшие в России в 1817-1819 годах, не переубедили Благословенного, он выразился: «Военные поселения будут, хотя бы мне пришлось уложить трупами дорогу от Петербурга до Чудова[1 - Чудово – селенье на севере Новгородской области, где в ответ на организацию военных поселений вспыхнули бунты]».

Глава 2

Харьковский, как и другие Слободские полки, поначалу был казачьим, потом – уланским, гусарским, драгунским, а в 1827 году снова преобразован в уланский.

Превращение драгун в улан было одной из важнейших тем разговоров местного люда, кровно связанного с полком: это можно было понять по обрывкам фраз, случайно подслушанных на почтовых станциях, в придорожных трактирах.

Перед поворотом к штаб-квартире Телятьев остановился, чтобы купить заманчиво пахнущих пирожков да семечек на маленьком базарчике. На нём была новая с иголочки форма, сшитая по образцу из столичного военного департамента: синий мундир с отделкой белого и голубого цвета смотрелся элегантно и очень шёл Телятьеву.

Пышнотелая торговка оценила, насыпая в кулёк жареных семечек, она улыбнулась широко:

– Якый гарный кавалер до нас пожаловал! Новэнькый, Ваше благородие? Из столыци, напэвно? Угощайтесь, да и в гости заходьтэ! – и, кивнув соседке, добавила. – А мундир до чого ж хорош! И шо той Маруськин постоялец крысится?

Отозвалась, видно, сама Маруська:

– Е з чого! Он только-только мундир обновил, уйму денег потратил, а тут новый шей, плати!

В разговор вмешалась ещё одна баба:

– Невже у офицера грошей немаэ? И тебе-то, Маруська, яка така кручина? Он вжэ для тебя без мундира милее.

Невже не так?

– Шо ты городишь?! А? – взвизгнула и вскочила Маруська. – На шо поклёпы наводишь?!

Телятьев не стал наблюдать, чем закончится бабья перепалка, вернулся к карете, а его человек Васятка задержался возле торговок, пришлось прикрикнуть.