Сказки Шварцвальда

Привести к своим воротам, к своим дверям чужого человека?

Когда она впервые подумала об этом? Вчера, возвращаясь с его дня рождения? Или уже давно, когда поняла, что этот мужчина никогда не будет принадлежать ей, потому что не сводит восторженных глаз с красавицы-жены?

Что за ерунда – приворот? Могла ли Мария, изучая в первом меде химические процессы, происходящие в мозгу человека, считая, что может управлять этими реакциями не только медикаментозно, но и путем обычного внушения, доверительного разговора, – могла ли она предугадать модели человеческого поведения? Могла ли она подумать, что сама отвернется от рационального, не требующего доказательств, чтобы искать помощи у запредельного, опасного мира? Обманчивого, подобно тонкому льду припорошенного первым снегом, мира.

Вряд ли Маша Фогель могла представить, что связь с Денисом может завести ее так далеко. Зачем шесть лет не спать ночами, пытаясь уяснить и правильно интерпретировать теории Фрейда и Шопенгауэра? Практиковаться ежегодно в психиатрическом диспансере, выслушивая каждого безумного теоретика, доказывать бредовую идею о преемственности любви и добра, чтобы после ее защиты осознать: автор как личность ничтожен и обращен в прах.

Все зазубренные теории гроша ломаного не стоят.

Как и ее образцово-показательная, оцененная по максимальной шкале и награжденная похвальными рецензиями дипломная работа – «Помощь жертвам активного манипулирования психикой».

Когда реальная жизнь повергла отличницу Фогель ниц, не дав ни малейшего шанса реабилитировать идеи преемственности Добра и обязательной, неизбежной наказуемости Зла.

Зло наказывается, но порой столь незаметно и несущественно, что создается впечатление, будто муки совести испытывают лишь те люди, которые изначально смирились с наказанием. Согласились в тот самый момент, когда совершали ошибку.

«Приворот, быстро, стопроцентно, гарантированно…»

Кем гарантировано? Самим…?

Падшим и не порабощенным? Оставшимся свободным? Вечным оппонентом и противником? Кто обычно предлагает быстрые и легкие пути к достижению цели, стараясь заполучить очередную человеческую душу?

Скучный путь правды извилист, тернист и безрадостен.

И стоит лишь на краткий миг закрыть глаза, перед ними ОН – герой сладких девичьих снов, желанный, манящий, единственный, последний. Мы абсолютно уверены в том, что именно последний.