Пятый уровень

Я, конечно, не отвечал: где ж это видано – бить старую и явно больную женщину? Оглянувшись, я увидел, что спутники пятятся по коридору – слегка испуганно, но вместе с тем веселясь.

А когда я повернулся обратно, обнаружил, что коридор уже пуст, и услышал удаляющиеся шаги. Удивительно, но бабуся успела раствориться в полутьме вестибюля.

– Что же теперь делать? – неуверенно спросила Мария. – Выход-то через вахту…

– Не боись! – нарочито бордо ответил я. – Вернёмся в другой коридор и тихонько вылезем через окно.

Придётся опять сделать круг, но вы же сами хотели тут погулять…

***

Мы ковыляли в темноте, стараясь особо не шуметь, светя себе под ноги телефонами и усердно перешагивая выбоины в полу. Мария с Ильнуром шли впереди, мы с Ольгой – чуть поодаль. От стен отражалось эхо наших шагов и скрип досок под ногами. И к этим звукам примешивался призрачный шёпот капели.

Ильнур посветил вверх. Крыша здесь прохудилась, и талая вода резво сочилась вниз с потемневших стропил, стекая по стенам и капая с потолка.

Здесь не было и намёка на лампочку, но сверху свисало несколько оборванных проводов.

«Возможно, не успели достроить. Или провода ободрали вольные собиратели цветмета. Вон и ржавые скобы полувековой древности… Да они, кажется, еле держатся, готовые упасть нам на голову…»

Судя по ощущениям, по коридору мы шли гораздо дольше, чем в прошлый раз. Мистическое сияние удивительной стены-витража и не думало приближаться, оставаясь размытым пятном вдалеке. Не зная, как это поможет, я зачем-то начал считать запертые двери, а мои спутники вертели головами, беспокойно переглядываясь и всё ещё не решаясь говорить вслух.

Но бредовые мысли, видимо, появились и у них.

Тут во тьме раздался зловещий скрежет, и одна из дверей медленно поехала внутрь, отбросив на стену яркий прямоугольник света. Вздрогнув, все остановились. Пятно света перечеркнул силуэт с неестественно длинной рукой, тянущейся до самого пола.

Оборванный, грязный, заросший бородой мужик выступил из проёма, разворачиваясь к нам, и в его руке была зажата не то шишковатая дубина, как в учебниках по истории, а не то какой-то гигантский обглоданный мосол.

Он волок его за собой, гулко стуча по доскам настила. Наша бравада вмиг улетучилась, и мы кинулись прочь со всех ног.

«Больные бродяги… Да они с бабкой – прямо сладкая парочка!»

Я чуть не врезался в застывшего Ильнура: за каких-нибудь пару метров до холла из полутьмы выступил силуэт старухи.