Мир никогда не будет прежним

У него даже кончик носа покрылся испариной от усердия.

Производить звуки было невыносимо тяжело, еще и шея зачесалась от левого уха по линии подбородка. Не выдержав зуда, Дима почесался и тут же зашипел от боли.

«Кажется, я сам себя поцарапал…» – подумал парень, с недоумением рассматривая острые ногти на руках.

«Когда они успели вырасти такими длинными?» – удивился Дима. Он, конечно, слышал, что после купания в морской воде ногти становятся крепче и растут быстрее, но не настолько же.

Разговор и размышления окончательно прогнали сонливость.

Повалявшись немного в кровати, Дима не выдержал испытание липкой постелью. Кое-как он доковылял до ванной, наполнил ее почти ледяной водой и бухнулся туда с головой. Сразу пришло облегчение. Прохладная вода как шелк окутала все тело, сбивая невыносимый жар, и приглушила звуки. Наконец-то  вокруг была тишина. Дима почувствовал себя впервые за несколько дней хорошо и уснул.

Проснулся он, дрожа от холода. С трудом разлепив глаза, он встал и, не вытираясь, пошел в свою комнату, но потом вспомнил про липкие простони и отправился в спальню к маме.

Когда он доковылял до постели, у него от усилий кружилась голова и появилась отдышка. Каждый вдох-выдох давался с трудом, Дима буквально заставлял себя дышать. А еще у него невыносимо болело горло, как будто кто-то медленно пытался тупым ножом перерезать ему шею.

«Может все-таки вызвать скорую», – подумал Дима, ему было настолько плохо, что даже страха не было. Тут он вспомнил, что телефон остался в его комнате, и решил еще немного поспать, а уж потом, если не станет лучше, позвонить тете Ане.

Постепенно Дима согрелся под теплым пуховым одеялом, дыхание нормализовалось, и он снова уснул. Ему приснилось, что Мотя в темноте крадется к его кровати, берет подушку и прижимает ее к лицу своего друга. Подушка мешает Диме дышать, воздуха не хватает, он пытается оттолкнуть друга, но руки и ноги не слушаются его, ему даже мизинцем пошевелить не получается. Дима в панике открыл глаза и часто поморгал, пытаясь прогнать остатки кошмара.

И тут он услышал громкий хрип.

«Сосед храпит», – подумал Дима, пытаясь сориентироваться в окружающем мире. За окном опять было светло, но к счастью, погода была пасмурная, без раздражающих ярких лучей.

Дима с трудом осмотрелся, одеяло ненужным кулем валялось где-то в ногах. Параллельно он прислушался к своим ощущениям: все так же болело горло, и, как оказалось, храпит не сосед.