Принцесса для повелителя

Эдуард терпел эти выходки полгода в надежде, что Валери успокоится, но и у любящего родительского сердца есть предел.

Вот уже больше года принцесса жила в загородном поместье Георга. Официально считалось, что принцесса и две ее фрейлины Элла и Эмма Смоль, дочери-близняшки премьер-министра, проходят вместе обучение, достойное благородных девиц, вдали от суеты столицы. На самом же деле учителя старались донести до своих высокородных учениц знания в музыке, изобразительном искусстве и домоводстве, но получалось у них это плохо.

Потому что трио подруг куда больше интересовалось прогулками и психологией доведения зрелых мужей до белого каления.

– Ладно, старина, – выдохнул Эдуард, взлохматив свои седые волосы, – пора спать. Утро вечера мудренее. Завтра решу эту задачку.

– Кажется, у этой задачки нет правильного ответа. Бросьте жребий, – посоветовал премьер-министр.

Мужчины встали, оба высокие, крепкие с внимательными умными глазами, способные в любой схватке дать фору самому ловкому юнцу. Что уж говорить о политических играх.

Но сейчас они выглядели растерянно и подавленно. Особенно король.

Тут в дверь влетел запыхавшийся стражник и, задыхаясь на каждом слове, сообщил:

– Ваше Величество, принцесса пропала!

Логово

Валери очнулась внезапно. Просто открыла глаза и вздрогнула.

«Где я?» – подумала девушка, пытаясь собраться с мыслями. Но голова гудела, и мысли разбегались в разные стороны.

Она резко села и осмотрелась. Кто заботливо уложил ее в кровать, сняв любимые мягкие тапочки на шнуровке? В них было удобно бегать, чем Валери любила заниматься больше всего на свете.

Когда она бежала, рассекая собой наполненный зноем воздух, у нее возникало чувство, что она еще немного и оторвется от измученной солнцем земли. Волосы разлетались в разные стороны, как и ненужные мысли, дыхание становилось глубже, а все тело наполняла энергия и мощь. Когда девушка бежала, то чувствовала, что сможет преодолеть все. После смерти мамы Валери пыталась убежать от боли. Но стоило ей остановиться, чтобы перевести дыхание, как боль вновь настигала ее. Валери была упряма и не сдавалась, продолжая убегать. Постепенно боль ослабла.

«Я вымотала ее!» – торжествовала тогда восьмилетняя девочка.

Тапочки стояли рядом с роскошной кроватью из черного дерева. Над кроватью развивался белоснежный балдахин из легкого, но плотного ситца. С одной стороны, балдахин был закреплен серебряным шнурком, и Валери была видна серая каменная стена.