Секрет за секрет

– Ну, в крайнем случае хоть поприкалываемся…

Некоторое время мы сидели молча, наблюдая за игроками и отмечая, кто больше делает передач, кто в самой безукоризненной форме, кто не боится рисковать и кто самый меткий. Я спохватилась, что пристально слежу за Кингстоном, хотя интересующие меня игроки как раз атаковали ворота. Сегодня Кинг пропускал гораздо больше шайб, чем обычно, судя по его официальной статистике. Вот и еще одна шайба влетела в ворота, на этот раз между щитков вратаря. Кингстон забросил перчатку на сетку и потер затылок, явно раздосадованный.

– Что сегодня с Кингом, не пойму! Болтается в воротах, как… цветочек в проруби, – смягчила свои слова Стиви, хотя Коди нас не слышал.

– Обычно он гораздо ловчее, – согласилась я.

– И вообще не отвлекается. Ты часто приходишь на тренировки?

– Вообще не прихожу. Но мне легче сопровождать отца, чем бегать из офиса на ледовую арену, если возникнет срочный вопрос.

Стиви побарабанила по губе.

– Любопытно.

Мне бы смолчать, но я совершенно не умею сдерживаться.

– Ты о чем?

– Кинг все поглядывает сюда, а я на сто процентов уверена, что интересую его не я.

Я попыталась не смотреть на Кингстона – и не смогла. Стиви права, он пялился на меня. Вот и еще одну шайбу прохлопал, пока обнимал стойку ворот.

– Ты глянь, какой он красный! У него на тебя стоит, что ли? – громко спросила Стиви, подтолкнув меня в бок.

– Что?! Ты что! Говори тише. – Я низко нагнулась, притворившись, что читаю что-то в ноутбуке. Это бы прокатило, если бы ноут не лежал закрытым у меня на коленях.

Мы сидели практически над скамейкой запасных, и пусть снаряжение сейчас поправляли всего двое хоккеистов, отец сидел именно там. Не хватало, чтобы он услышал наш разговор!

– О господи, да ты на него запала! Что между вами? – Непонятно отчего оживившись, Стиви схватила меня за локоть.

– Ничего! Между нами ничего нет, и давай не будем муссировать эту тему.

Стиви изогнула русую бровь.

– Гонишь!

– Думай что хочешь, но внутренняя политика запрещает персоналу встречаться с хоккеистами, поэтому между нами реально ничего нет.

Лицо у меня горело огнем.

– С каких пор?

– С таких, что я работаю у отца!

– Ого, тут явно кроется целая история!

– Целый десяток, но не сейчас же! – Я кивнула на скамейку, возле которой стоял отец, скрестив руки на груди.