Секрет за секрет

Он стоял в кухне – аккуратно причесанные темные волосы, спортивная фигура, прекрасный темно-синий костюм, серый галстук того же оттенка, что и глаза, и начинавшие серебриться виски (седину я никогда не комментировала). В целом вид у него был куда более собранный и деловой, чем я себя ощущала. Он поднял голову, оторвавшись от телефона, и его улыбка дрогнула.

– Что это на тебе?

– Это называется платье.

Мое платье было темно-синим, в тон его костюму, с рукавами-фонариками, стянутое в талии поясом. Классическое, простое и стильное, как сказала продавщица, когда я примерила его на прошлой неделе и оплатила кредиткой моего босса – выгодные стороны совместного проживания с руководителем.

– Может, лучше наденешь брюки?

Я подбоченилась.

– А не ты только что кричал, что я должна поторопиться? С какой стати мне переодеваться?

Он помахал рукой вверх-вниз.

– Это вид не для работы.

Пришла моя очередь расстраиваться.

– Как не для работы? Тут вот и рукава, и вырез под горло, и юбка ниже колен.

Я выгляжу абсолютно профессионально!

– Ты будешь находиться в комнате, полной спортсменов от двадцати до тридцати лет.

– Среди них будут и мужчины за сорок, – я указала на своего собеседника.

– Это ты к чему? – он наклонил голову, глядя на меня со смутным неудовольствием.

– Не притворяйся, будто не понимаешь, в чем дело!

Для меня «дело» было предельно ясным. Платье село на мне хорошо, подчеркнув фигуру. Вид у меня был деловой, разве что чуточку сексуальный.

Но я была полностью прикрыта одеждой, не считая рук – и ног от коленей до щиколоток.

– А сейчас не шестнадцатый век! Что мне, джутовый мешок напялить? Или ты намекаешь, что эти парни настолько неотесанны, что не смогут сдержаться в присутствии женщины? Я имею право носить то, что мне, блин, по вкусу, а вкус у меня хороший! Это платье можно носить на работу, а парни, как только узнают, что я твоя дочь, будут шарахаться от меня, как от чумы, особенно если ты вот так нахмуришься! – Я ткнула отца в щеку.

 – Перестань быть старомодным и душить меня гиперопекой, не то мы опоздаем! – Я взяла термокружки с кофе, который сварила утром, и пошла к выходу.

Папа вздохнул, понимая, что ему меня не переспорить. Мне двадцать четыре года, я спортивная, с хорошей женственной фигурой. Не собираюсь скрываться под мешковатыми одеждами только потому, что мужчины могут мою фигуру оценить! Хотя и отдаю себе отчет в том, что отцу такая перспектива очень не понравится.