Буду кошкой сидеть на твоем плече

Его старший сын Клавдий, теперешний муж Алисии, не был исключением, хотя она и замечала, что далеко не все отцовские решения приходились ему по душе.

– А на мне ты женился тоже только потому, что он так захотел? – спросила она его как-то.

Клавдий это отрицал, но было понятно, что даже если бы она не пришлась ему по душе и не вызвала бы в нем нежные чувства, которые только крепли с каждым днем, то он все равно не посмел бы ослушаться отца.

Клавдий был высок и в отца черноволос, образован и хорошо развит физически – глава семьи тщательно готовил себе замену, которая должна была потребоваться рано или поздно.

Он умел поддержать и умный, и шутливый разговор, сделать комплимент, был достаточно терпелив и деликатен, и Алисия тоже стала замечать, что молодой человек не оставляет ее равнодушной. Довольно скоро их дни и ночи наполнились новым смыслом, который появляется, когда приходит первая влюбленность: солнце стало светить ярче, деревья казались зеленее, персики вкуснее, а все люди – лучше, чем они есть на самом деле.

В апреле из похода в Северную Италию под предводительством Юлия Цезаря неожиданно вернулся отец Клавдия – усталый, мрачный и еще более потяжелевший. В первый свой вечер дома традиционно отобедал в кругу семьи, а потом всех отослал из трапезной и тянул вино бокал за бокалом, становясь от этого еще мрачнее и тяжелее. Алисия, спрятавшись за одной из занавесок, с ужасом и плохо сдерживаемым отвращением наблюдала за ним.

Он заметил ее присутствие, хотя она стояла у него за спиной.

– Подойди, – сказал он. – Сядь.

Алисия опустилась рядом с ним на подушки. От него пахнуло пряным, терпким, горьким. Он резко и грубо потянул ее за руку, так что ей пришлось придвинуться к нему совсем близко. Она посмотрела ему прямо в глаза, готовясь дать отпор, а он вдруг поднял руку и коснулся ее волос, будто хотел узнать, какие они на ощупь.

– Придешь сегодня ко мне, когда стемнеет, – сказал он, выпуская прядь ее волос из рук и отворачиваясь.

– Никуда я не пойду, – сказала Алисия Клавдию, передав ему слова отца.

– Ты не можешь не пойти, – горячо возразил он.

– Еще как могу.

Утром высекли молодую рабыню, которая прислуживала Алисии.

– Придешь ко мне ночью, – повторил отец Клавдия.

Алисия не выдержала на пятый день, когда из-за нее наказали дочь поварихи – совсем еще девочку. Пришла.