Фамильное древо

Воцарилась темная пепельная ночь. Привычные ко всему местные жители спасались фонарями и магическими шарами, плотно кутались в тюрбаны и защитные маски и старались пореже выходить из дома. Но бал, разумеется, и не думали отменять.

Маркиз Альгринн старался даже в Ясный сезон не расставаться с маской, хотя сами местные часто этим грешили. Я сочла, что сейчас, после недавнего извержения, будет здраво последовать примеру мужа, и замоталась в несколько слоев.

Увы, это был очередной повод приумножить панику, в которую кузина ударилась сразу после телепортационного перехода на архипелаг и успокаиваться не собиралась.

– У меня прическа помялась, – уныло сообщила она зеркалу в холле герцогского замка, когда приставленная к съезжавшимся гостям служанка помогла размотать тюрбаны.

– Сейчас нас проводят в комнату для только что прибывших леди, – терпеливо пообещала я, – и поправят волосы.

– Вега! – возмущенно обернулась Джоана, но, увидев выражение моего лица, тоже тихо рассмеялась, прикрыв лицо веером. – Слышала бы тебя мама!

– Я надеюсь, что сегодня ты не будешь ее ушами, – сдержанно сказала я, безнадежно глядя в ростовое зеркало, не иначе, в издевку над прибывшими гостьями выставленное прямо в холле.

Джоана немедленно подскочила и огляделась, будто вожделенный Сайерз-младший мог затаиться за портьерой и вот-вот застанет леди непристойно взъерошенной. К счастью, тут подоспела прислуга герцога Лиданга, и нас действительно увели во внутренние помещения, где несколько комнат для сегодняшнего вечера отвели под гримерные для гостей.

Пожалуй, только в Лиданге считалось хорошим тоном являться пораньше. Непредсказуемая погода над архипелагом диктовала свои правила, далекие от условностей высшего света, и вошедшие в моду телепортационные перемещения только добавляли пикантности неожиданному ветру свободы – пусть он и нес с собой мелкий вулканический пепел и внушительные траты на услуги магов.