Вчера, после дождя…

Вместо этого девушка, подстегиваемая внутренним волнением, прошлась по залитой светом комнате и остановилась возле окна апартаментов ещё на несколько минут, – в дверь так никто не позвонил, и Олив снова вернулась на кровать.

Спустя полчаса ожидания терпение Лив лопнуло. Она схватила трубку и набрала недавно сохранённый номер. Пульс тут же участился.

– Глупое создание, что за паника… – пробубнила под нос девушка, слушая гудки.

– Да, – коротко и холодно отчеканили на том конце. А чего она ещё ожидала от этого грубияна? Извинений? Оправданий? Он же – её босс!

– Гм.

Здравствуйте, я давно готова и ожидаю Вас уже полчаса, – она сделала паузу, давая возможность объяснить опоздание. Но Виктор проигнорировал её вопрос, с кем-то параллельно болтая. Вот же хам. Демонстративное детское поведение!

– Оливия, – снисходительно проговорил босс, – мне сейчас некогда: появились срочные неотложные дела. Гм… Михаил, да? Что? Не сейчас, пожалуйста! – его нетерпеливый громкий голос, звенящий из динамика телефона, заставил девушку поморщиться.

Угораздило же её связаться с этим человеком! Он со всеми подчинёнными ведёт себя слишком грубо. А сколько высокопарных слов было сказано про семью, поддержку и как этот проект важен для него! Сказочник!

– Я поняла. Справлюсь, – не попрощавшись, она бросила трубку, наплевав на манеры и прочие вещи, которыми также пренебрегал её новый начальник.

Оливия вызвала такси через приложение и благополучно доехала до адреса, по которому находился офис.

Её встретило довольно современное и милое здание. Как же здесь любят панорамные виды! Девушку провели в просторный кабинет и оставили ждать и закипать до готовности. До готовности убивать Виктора.

За весь день новый, ни разу не использованный начальник так и не объявился на встречах и не позвонил ей, в то время, как Оливия самостоятельно пыталась на английском объяснить кто она, для чего здесь и что надо предоставить, чтобы она приступила к работе. Руководители выехали на объекты, поэтому в офисе осталась лишь пара людей, которые лишь немного владели языком.

Один из сотрудников, кажется Александр, помог Олив со старыми чертежами и планами, но долго не задержался, ведь у каждого здесь была своя работа.

Оливия чувствовала себя неуютно, проходя по коридору офиса: ей казалось, что на неё постоянно озирались, и о чем-то болтали на родном языке. На лицах сотрудников не было ни тени улыбки, да и вообще приём был, мягко говоря, не тёплый.