Хозяйка его ночей

А уж когда она закрутилась по комнатам, сканируя пространство, меня и вовсе накрывало жаром от ее присутствия.

В ней однозначно есть что-то, необычное и не познанное, какая-то мощь, совершенно неприсущая обычным людям, это точно. Поэтому пусть поработает, Артуру от нее хуже не станет. В этом я был уверен. И где-то глубоко внутри во мне даже робко зарделась надежда, что действительно может стать лучше.

Кроме того, я был весьма поражен, узнав еще во время слежки за ней, что среди ее клиентов есть серьезные и очень серьезные люди.

Мои партнеры, оппоненты и те люди, к которым я очень хотел получить доступ и иметь на них определенное влияние.

Зара для этого идеальный источник информации. Сразу не раскололась правда, но тут главное найти подход.

Не бывает людей, которых невозможно разболтать, баб особенно.

Я больше за это ей платил. Баба умная, поймет.

Но я все еще не исключал вариант, что все они к ней ходят отнюдь не за предсказаниями. А что? Баба она ладная, красивая, а по темпераменту сразу понятно, что перчик тот еще! Отжарит так, что мама не горюй!

От этого предположения меня тянуло блевать, и хотелось придушить девку на месте!

Моей должна быть! Только моей! Взревел мой первобытный самец, сидевший где-то глубоко внутри.

Шлюх, я искренне призираю! Никогда их не имел. Моя баба, это только моя баба!

Замеченные в измене сразу же идут ко всем херам!

Никакие аргументы не спасут. Прощение за измену для меня невозможно!

А тут, смотрел на нее и понимал, что хочу ее до безумия! Ни смотря не на что, хочу! Так как никогда и никого еще не хотел!

И почему-то я даже уверен, что она бы мне и не сопротивлялась вовсе, после того, что было в машине, но что-то не дает мне к ней подойти.

Очень хочу сделать эти шаги, но не могу, ноги, словно в пол вросли.

А когда она схватилась за голову и с громким, мучительным стоном упала, думал, что рехнусь от страха, ее еще заколотило, как при эпилепсии и судороги пошли так же.

Она сказала, что ей нужно в душ и я, не помня себя, помчался в свою ванную.

Вскочил с ней на руках в душевую, меня самого трясло так, словно на моих руках умирал самый близкий мне человек. Это непередаваемый ужас! Сердце колотилось где-то в горле, голова шла кругом.

Она попросила раздеть ее и выйти.

Я избавил ее от платья и даже в такой ситуации обалдел от того, что на ней нет белья. Совершенно нет! Даже трусиков! А тело, невероятно ладное и стройное, словно его вылепил самый искуснейший скульптор земли.