Музейные ценности

– Ну, прощайте, берегите себя, не падайте больше, – он развернулся уйти, но старушка из машины окликнула:

– За кого молиться-то, помощник? Как звать тебя?

–Тимофей, – откликнулся парень и помахал рукой вслед отъезжающему такси.

Он снова огляделся. В этом городе придётся жить и работать месяца два или три. Больше в его планы не входило. Предстояло определиться с жильём и работой, познакомиться с людьми, оценить обстановку. Как там по телеку: «Интриги, скандалы, расследования»? У него тут будет собственная «Программа «Максимум».

Тимофей чуть не засмеялся в голос от этих мыслей. Зря говорят: один в поле не воин. Ошибочка. Это, смотря, кто воюет. А всё ж хорошо на свободе без постоянного надзора, без ежедневных утренних построений, поверок и проверок, без ценных указаний и моральных зуботычин. Сам себе хозяин. Пусть недолго, а всё ж воля!

Место, однако, какое неприветливое. Тим потёр подбородок и, разглядывая площадь, понял, что город ему не нравится. Всё вокруг навевало тоску: хмурая зимняя погода, ковёр из мусора под ногами и шныряющие вокруг бродячие псы.

Он поднял воротник, сунул руки в карманы дублёнки и направился к остановке автобуса.

Похоже, городу приезжий не понравился тоже. Всё окружающее транслировало: «Проваливай!» ? неприязненные взгляды горожан, унылый пейзаж с понурыми берёзами вокруг площади, чьи перекрученные искорёженные стволы делали деревья похожими на нелепых танцовщиц.

Проехав пару остановок и сверившись с картой в смартфоне, Тимофей решил пройти пешком остаток пути до общежития, где заранее арендовал комнату.

Даже уличные собаки чувствовали настроение города, равнодушно не замечая местных, они мгновенно опознавали в Тиме чужака и с гавканьем кидались к нему. Тимофей не считал себя знатоком кинологии, но к собакам относился со спокойным превосходством. Обычно животные это чувствовали и Тима не трогали, но не местные псы. Дважды столкновения так обострялись, что иного способа защититься, кроме демонстрации силы, не было.

В первый раз три хвостатых бродяги увязались следом, облаивая прохожего, а самый шустрый сунулся было тяпнуть сумку, свисающую с плеча. Тим тут же двинул его кулаком в нос. Пёс заскулил и отстал, его товарищи разбежались.

На пустыре, за которым находилось общежитие, Тимофея окружила стая в десяток голов. Вожак выделялся сразу не столько размерами, хоть и был крупнее остальных, сколько поведением.