Месторождение №3. Колыбельная

Настроения крыс я тоже не чувствовала, но они при виде меня порой вставали на дыбы и распушались втрое против прежнего, издавая какие-то невообразимые звуки. Не по той ли самой причине?

И не потому ли меня не слышала Третья?

Лют не появился ни на следующий день, ни через день. Беляна шикала на меня при каждом удобном случае, Велерад Душанович же вообще счел, что вчера сказал слишком много, и на все дни ограничивался двумя «здравствуйте».

К вечеру четвертого дня выжившие крысы бросались в драку, стоило мне появиться в лаборатории.

Их поведение привело Алевтину Станиславовну в исследовательский экстаз (как и то, что в живых оставалось целых семь крыс), но меня все равно предпочли сначала выгнать на кухню, чтобы чистоту эксперимента не нарушал стресс у подопытных. Когда выяснилось, что от безделья и постоянного давящего присутствия особиста я начинаю фонить на половину этажа, профессор предпочла вовсе отправить меня домой, предварив это действо обязательной лекцией о хрупкой крысиной физиологии и напрочь пренебрегая хрупкостью физиологии человеческой.

– Выпишу тебе выходной в конце следующей недели, – постановила Чечевичкина в завершение лекции.

У меня в голове все еще витали раздувшиеся крысиные напочечники, угнетенный иммунитет и кровавые язвочки (правда, почему-то на Люте), и я только машинально кивнула. Какая разница, где сидеть без дела, да еще под постоянным надзором? С тем же успехом меня можно было все-таки засадить за решетку или оставить в заботливых загребущих руках Найдена в Альго-Сай-Таре!.

.

На этой предательской мысли я дернулась всем телом и поспешно вымелась домой. Вовремя спохватившись, выбрала кружной путь к вящему недовольству замерзшей Беляны, зато к куполу пришла с относительно прояснившимися мозгами, и Тайка впервые за последние дни встретила нас радостным лаем и приглашением к игре. А когда я предсказуемо отреагировала на это умиленным весельем, собака и вовсе пришла в восторг.

Но мирно поиграть нам, похоже, было не суждено.

В домике меня подстерегал маслянистый запах продвинутого пайка с комбината быстрого питания и Хотен, которого Тайка, по обыкновению, демонстративно игнорировала. Мне, увы, такие вольности вряд ли были позволены.

– Подержать вам свечку? – любезно предложила Беляна, когда мы зашли на кухню, и я застыла, как суслик на дозоре, встретившись взглядом с Хотеном.

Ревизор выглядел, пожалуй, лучше.