Жизнь – игра

Правда, поведя рукой перед его глазами, взгляд зацепился за торчащую в ней стрелу. Кажется, я ранен. А почему боли не чувствую? Я-таки нежить? Мило…

На всякий случай вырубив и этого остроухого, поморщившись, выдернул стрелы и попытался рассмотреть – есть кровь или нет. Кровь была. Ну да, точно, буквально же пару часов назад у меня кровь носом шла.

Шэт, куртку жалко. О, а вот и боль… Только похоже что больше от регенерации – стянув куртку и рубашку, наблюдал, как затягиваются раны. Класс.

– Йен? Что ты тут делаешь?

Твою кикимору! Он что, вездесущ?! Натянув рубашку и куртку обратно, поднял тяжелый взгляд на подошедшего капитана.

А ему что не спится? Совесть мучает? Неужели она у него есть? Или тоже меня караулит?

– Гуляю.

– Что с ними? – Кивок на распластанных эльфов и мое грубое в ответ.

– Устали гулять.

– Йен? Чего ты этим добиваешься?

– Ничего, абсолютно. Я хотел прогуляться, а ваши ушастые слишком нервные. Вот и все.

Не поверив ни одному моему слову, Драгос нахмурился на стрелы, которые я до сих пор держал в руке.

– Ты ранен?

– Нет, уже нет.

– Ты вампир?

– Нет.

Хмыкнув на его вопрос, скривился. А вампиры тут все-таки есть.

– Кто тогда?

– А вы?

– Иди спать.

Хмыкнув не скрываясь, посмотрел ему в глаза. Темнишь капитан, темнишь. Зачем темнишь-то? И даже не наказываешь…

– Иди, Йен. Иди…

Глава 6

Наутро настроение было еще поганее – я так и не смог уснуть. Всю ночь на меня накатывали воспоминания моей прошлой жизни – жизни Яны.

Все мельчайшие подробности аварии, которые я думала, что уже забыла, три месяца в больнице, день за днем… я не жалела себя, нет. Но и не вспоминать не могла, словно в моем мозгу крутилась пленка, показывая мне мою прошлую жизнь кадр за кадром. Зачем? Я бы с удовольствием сожгла это страшное кино и никогда бы больше его не вспоминала.

А может и правда? Может и правда, я сейчас это вспоминаю только ради того, чтобы окончательно от этого уйти? Кто бы ответил… Но глядя на спящую Милку, призналась самой себе – слишком она меня зацепила, эта девочка с глазами старухи.

А значит плевать на все – усыновлю.

Квест длинною в жизнь? Ерунда. Не хочу, чтобы она пережила то, что пришлось пережить мне. Она не изуродована внешне, но то, что у нее внутри, гораздо страшнее.

– Йен? А ты что… Ты не спал, да?

Милка, похоже почувствовав мой взгляд, открыла глаза, причем без перехода и обычного потягивания обычных людей.

– Нет. Не смог. Ничего страшного, я так могу.