Амплуа убийцы. Следствие ведёт Рязанцева

Зритель настолько искушён, что его стало не просто заинтересовать. Всем подавай эмоций, страстей, остроты.

– Скажите, а раньше Лебедева позволяла себе подобное – не прийти на премьеру?

– Что вы? Верочка и на репетицию-то никогда не опаздывала. Она очень ответственный человечек. Мы потому и испугались, что такое отношение совсем для неё не характерно. – Женщина встала и подошла к окну, почти полностью закрыв его собою. – Что-то случилось. С ней что-то случилось, иначе она бы уже дала о себе знать.

– А она одна живёт? Есть у неё семья?

– Почти одна.

Точнее, она замужем, но муж её известный актёр, много снимается, постоянно в командировках.

– А как фамилия?

– Ой, я что-то и не припомню.

– Такой известный, что даже фамилия не запомнилась? – усомнилась Рязанцева.

– Так он же в основном в сериалах снимается, а я сериалы не смотрю. То, что знаменитый, знаю с чужих слов. У нас ведь тут от сплетен никуда не денешься.

– И что, кроме мужа у неё никого нет?

– Есть мать, но живёт отдельно, где-то за городом.

– У вас есть её адрес или телефон?

– Нет, откуда. Хотя знаете что. Надо спросить у её подруги Олеси Дорофеевой. Я сейчас её разыщу. – Заведующая сняла трубку и отдала кому-то распоряжения. – Кстати, Олеся и есть Жизель из второго состава. Неплохая балерина, но до Лебедевой ей далеко.

Через пять минут в кабинет вошла высокая худая брюнетка. Длинные, зачёсанные назад волосы открывали огромный лоб. Девушка могла бы казаться красивой, если бы не эти залысины и длинный с горбинкой нос.

Но больше всего портили лицо брови. Их линия круто поднималась вверх и на середине, будто сломанная ветка, резко меняла своё направление. В этом было что-то неестественное, театральное и даже нелепое. Если бы пришлось создавать её фоторобот, то ничего кроме – «палка, палка, огуречик, вот и вышел человечек» – Лене бы в голову не пришло.

На миг пронзив Рязанцеву ледяным взором, девушка быстро перевела взгляд на заведующую. Глаза тут же стали сладко-приторными, нет, не тёплыми, а какими-то елейными.

Казалось, ещё немного и из глаз на заведующую брызнет сироп.

– Олеся, ты телефон матери Вероники знаешь? Или где она живёт?

– Телефон не знаю, а живёт она в Починках, это в семидесяти километрах от Москвы. Номер дома не помню, но его легко найти, он прямо впритык к почтовому отделению стоит. Голубой с резными ставнями. Я там только один раз была, мы с Никой малину ездили собирать. Туда электрички каждый час ходят.