Невольницы ада. Следствие ведёт Рязанцева

Не зря маманя „бедовым“ называла. Вечно я во что-нибудь, да влипну. В прошлом году лося сбил. В машину загрузил, чуть пупок не надорвал, привёз к ветеринару, так меня же ещё и наказали. Заставили штраф выплатить. Эх!». Анатолий толкнул дверцу и спрыгнул.

Прямой поток света фар слегка освещал обочину, в темноте канавы почти ничего не видно. Что-то дёрнулось, взвыло от боли и поползло.

– Кто там? – Горло перехватило и вместо крика, получилось чуть слышно, как будто не сказал, а прокукарекал. Кашлянул, попробовал снова: – Ты кто?

– Я… я…, – снова стон и тишина.

Направляемый ветром мелкий, колючий дождь, противно хлестал Кувыркина по лицу. Край обочины скользкий, ещё немного и придорожная канава превратится в болото. Надо вытаскивать человека, пока совсем не развезло. Анатолий осторожно двинулся вниз, но не удержался и соскользнул в канаву, плюхнувшись на пятую точку. Рядом снова застонали.

– Спасите, я идти не могу.

– Да откуда ты взялся? – Глаза, привыкая к темноте, стали различать вымазанное грязью лицо молодого человека.

– Я с Ильмени. Мы отдыхали… на озере.

– С Ильмени? – переспросил Кувыркин, внимательнее присматриваясь к парню. Теперь под грязью он отчётливо видел раны и кровоподтёки. – До Ильмени отсюда 10 километров. А что случилось с тобой?

– Ногу я сломал, но это неважно. Пропала моя девушка, она за подмогой отправилась и не вернулась.

Анатолий засунул монтировку под ремень, схватил парня за мокрую ветровку и попробовал подтянуть вверх.

– Ааааа, – закричал израненный парень.

Кувыркин оставил неудачную попытку и стал кумекать. Снизу не вытолкать, парень хоть и щуплый, да склон уже успело развести. Надо с дороги тянуть. Анатолий полез наверх.

– Не бросайте. Мне самому не выбраться.

– Как же ты досюдова добрался?

– Я из палки костыль соорудил, а потом он сломался, пришлось ползти.

– И сколько ты так полз?

– Точно не знаю, часов шесть, наверное. Я до обеда ещё ждал, что она вернётся, а потом понял… больше суток прошло, видимо, случилось что-то.

– Эх, парень… – мысль свою Анатолий продолжать не стал. И так человеку плохо. Чего расстраивать. А что баб касаемо… так он-то Анатолий учёный уже. Верить бабам нельзя. Кинула небось парня, умотала в город, на фига ей калека. – Не боись, я тебя не брошу, – сердито буркнул, как будто желая доказать себе и случайно подвернувшемуся на пути парню, что мужики – это не бабы, мужики своих не бросают, и только мужикам можно доверять по-настоящему.