Отложенная месть. Следствие ведёт Рязанцева

Хотя состава преступления нет и оснований для возбуждения уголовного дела тоже.

В ту же секунду он почувствовал, как внутри начала подниматься тревожная волна. Он знал, что это. Внутреннее чутьё подсказывало – что-то здесь не так.

– А доведение до самоубийства? Разве не основание?

– Пока что фактов кого-то в чём-то подозревать у нас нет. Надо собрать больше информации о том, что происходило в этом доме в последнее время, а, в особенности, в последние часы. Как складывались отношения девушки с женихом, подругами, родителями, соседями.

Кстати, почему у неё фамилия не Теличкина, как у родителей, а Огородникова?

– Это не настоящий её отец, это отчим.

– Значит надо разыскать настоящего и поговорить с ним. Заодно выяснить, не было ли у них в роду людей страдающих психическими заболеваниями. Это огромная и кропотливая работа, как видите.

– Ну и что? Человек погиб, и мы должны найти виновного.

– Я в вас не сомневался, партнёр. А ещё хотела уволиться? Вот, что бы я без тебя делал? – Махоркин осёкся.

 – Без вас…

Глава третья

После ремонта кабинет следователя Махоркина выглядел официальным и представительным. Помимо свежей отделки стен, на свалку отправили и старую мебель. Со вчерашнего дня вместо двухтумбового стола шестидесятых годов, который выглядел громоздким и угрюмым, красовался лёгкий однотумбовый светло-коричневого цвета, как будто специально подобранный в тон обоям. На месте жёсткого деревянного стула стояло оббитое мягкой серой тканью кресло.

В углу разместился двустворчатый шкаф, в котором Лена Рязанцева аккуратно расставила всю, по её мнению, необходимую для работы литературу. Внутренний объём быстро заполнился различными справочниками, кодексами и телефонными книгами. Здесь же, в красивой малахитового цвета обложке, стоял словарь русского языка Ожегова. Книгу Лена вручила начальнику в качестве презента, взяв её из собственной домашней библиотеки.

– А словарь зачем? – удивился Махоркин.

– А затем. Все документы должны оформляться на безупречно правильном языке, – отчеканила помощница и выдвинула книгу с золотым теснением вперёд, – ну и вообще, просто красиво смотрится.

Всё-таки ей удалось его заинтересовать. Махоркин вытащил книгу и стал перелистывать.

– Вы действительно думаете, что нам при составлении процессуальных документов могут понадобиться слова – ежели, радеть, ретиво? – насмешливо спросил Махоркин.

– А вдруг? – Лена отобрала словарь и вернула на место.