Последний звонок. Следствие ведёт Рязанцева

Опрокинутый стол и скамейки напоминали поле боя. На ступеньках домика сидел Олег Межинов, по лицу которого была размазана кровь. Таня Ветрова, поливая минералкой носовой платок, прикладывала его к красной слипшейся мешанине волос на голове пострадавшего. Рядом с качелями – толпа ребят. В центре потный и взъерошенный Сенька Дыньков, ворот рубахи разорван. Настрой у Сеньки боевой – это Лена сразу оценила. Генка и Мишка на всякий случай удерживают его. Похоже, что между ребятами произошла стычка. Собственно, чего удивляться? Они и в школе вечно враждовали.

Тощий и нелепый Межинов ни вписывался в компанию заносчивого красавца Дынькова. Сенька всегда был лидером – староста класса, спортсмен, любимец девушек, мотор. Олег ни то ни сё. Учился плохо, ни с кем не дружил, постоянно дрался. Вечный фигурант педсовета – он портил все показатели, из-за чего класс не мог получить вымпел и звание «Лучшего класса школы». За это ему и доставалось от Дынькова, да и от других ребят. Что его-то могло заставить прийти на эту встречу? Ведь по-хорошему он должен был затаить обиду. Неужели простил? Или?..

– Что произошло? – Лена дёрнула Мишку за рукав.

– Перебрали малость, – пожал плечами Мишка. – Межинов стал деньги предлагать, сказал, что не хочет за чужой счёт здесь находиться, а Дыньчик над ним посмеялся, типа, «откуда у тебя деньги?». Ну этот задохлик и бросился на Севку с кулаками, за что в ответ и огрёб. Еле растащили.

Лена посмотрела на осколки зелёного стекла и разбитую голову Межинова.

– Огрёб? Бутылкой по голове? Вы с ума, что ли, сошли? Я сейчас наряд вызову.

– Да, ладно тебе, Рязанцева. Чего не бывает. Ща помирим их.

– Бывает? – Лена почти кричала. – А если бы он его убил? Хорошую встречу вы тут устроили. Молодцы.

Лена вынула телефон.

– Эй, Рязанцева, – выкрикнул Генка, – ты что и, правда, милицию собралась вызывать? Ты это брось. Мне неприятности не нужны, завтра назад в Германию лететь, ещё не выпустят. Да и зачем нам милиция, если ты уже здесь.

– Успокойся. Никто тебя не тронет. Наведите лучше порядок, а Олега я в травмпункт отвезу, у него вон кровь хлещет из раны.

– Рязанцева, ну, Рязанцева, – заныл Борька Карпик. – Ты только не выдавай, мне ведь тоже неприятности не нужны…

Лене стало противно. Каждый в первую очередь за свою шкуру испугался, здоровье и судьба истекающего кровью человека никого не интересовала.

Набрала Махоркина.

– Александр Васильевич, заберите меня отсюда.