Розовый кокон. Следствие ведёт Рязанцева

– О! Я знаю… У меня же шарфик есть… Я же его зачем-то вместе с остальным барахлом купила. – Лена перерыла разноцветную стопку обновок и выудила тонкий шёлковый шарф. – Правда, он леопардовый…

– Вот и хорошо! Может, не примут тебя в монашки. Всё, поехали.

***

Тихая благодать. Снежинки в пчелином полёте медленно опускаются на головы пришедших поклониться мощам святой Матроны Московской. Здесь всегда очередь, в любой день, в любое время. Кроме ночи. Часть людей идет сразу к иконе, той, что на улице с другой стороны храма, там очередь меньше и движется быстрее.

Они стали в очередь подлиннее, в ту, что к мощам. Ещё на входе у женщины с оливковыми глазами купили жёлтые хризантемы.

– Матронушка любила жёлтые, – поведала женщина, протягивая букетик последних, доживших до заморозков, цветов. – Если идёте к мощам, то на выходе не забудьте подойти к матушке, она вам даст цветочек. Он был приложен к мощам, заберите его с собой и храните дома. Записочку с просьбой лучше написать заранее, киньте её в ящик, что находится рядом с серебряной гробницей.

Очередь из паломников огибала храм зигзагообразной спиралью.

– Вот это да! Ты уверен, что успеешь до самолёта? – окинув взглядом толпу, с сомнением в голосе спросил Сергеев. – Может, лучше к иконе?

В ответ Генка растерянно посмотрел на Лену.

– Успеете, – раздалось сзади.

Лена обернулась и с интересом посмотрела на трёх тесно стоящих друг к другу женщин. Их руки были сцеплены в локтях.

Две, стоящие по бокам, были невысокого роста и плотного телосложения. Та, что между ними, была выше и намного моложе. Троица показалась Лене забавной. Напоминала картину задержания.

– Очередь хоть и длинная, но движется быстро, – прибавила пожилая и плотнее прижала к груди руку, в кольце которой безвольно висела рука молодой.

Очередь действительно двигалась быстро, люди подходили к мощам, прикладывались губами, кланялись стоящему неподалёку батюшке и шли дальше на выход.

Войдя в просторное светлое помещение, Лена сразу почувствовала атмосферу умиротворения, на душе стало необычно легко, светло и чисто, будто родниковой воды напилась. По диагонали от возвышения, где покоились мощи, висела икона, увешанная золотыми крестиками, цепочками и кольцами, рядом с ней толпилась группа людей, они крестились и падали ниц, утирая слезы. Везде в высоких вазах стояли букеты с цветами: жёлтыми, белыми, светло-розовыми.