Путь по излому

Когда мешочек оказался у нее в руках, дар речи пропал совсем. Она могла только таращиться.

– Скажи старому Сержу, что остаток звездной пыли и бриллиант – это плата за работу. Я буду ждать тебя здесь.

Она лишь кивнула и исчезла, плотно закрыв дверь.

Через три часа у меня будет полумаска. Она скроет татуировку, но не сотрет ее. К тому же, раз в двое суток придется ее снимать минимум на шесть часов, иначе татуировка испепелит меня. Веселая жизнь у меня начинается.

Время тянулось медленно, меня никто не беспокоил.

Я присел в кресло и стал созерцать природу из окна.

Меня отвлек шорох. На журнальном столике возник нехитрый обед: краюха черного хлеба, вкусно пахнущие горячие щи, молодая картошка с укропом и соленые огурчики. Из напитков – две больших кружки молока. Напротив сидел небольшого роста старичок с лукавым прищуром глаз.

– Не побрезгуйте, милорд, отобедать со мной, – его голос был звонок, что совершенно не сочеталось с внешностью.

– Благодарствую, хозяин, – чуть наклонив голову, ответил я.

Старичок довольно улыбнулся. Было видно, что ему приятно признание и должное уважение.

– Не стоит благодарности милорд. Поди ж сами голодные. А выйти с таким рисунком – не выйдите. Вот я и подумал, надо бы накормить милорда, – уплетая щи, приосанился старичок.

– Ты ж когда народился? – я решил пропустить реплику о татуировке мимо ушей.

– Так токмо вчера вечером, как предыдущий хозяин почил, – причмокивая, ответил домовой.

– Так вы здесь наследственные.

Домовой подтвердил кивком. И тут меня разобрало любопытство.

– А что можешь рассказать о хозяйке таверны?

– Ссыльная она. Её так и зовут в городе – вон, ссыльная пошла. Живет уже пятьдесят лет, прижилась.

– А поподробнее можешь? – я улыбнулся.

– А то. Она ж двуликий, милорд в курсе, – Дождавшись моего кивка, он продолжил: – Была страшна, много народу погубила. Её на равнине изловили, и в клетку. – У меня тут же возник образ клетки, обрубающей энергический поток.

Домовой рассказывал дальше. – Привезли ее в столицу нашего округа. Приехал Правитель, суд был.

– Даже так? – удивился я. Обычно двуликих сажали на цепь браслета или отправляли на изнанку гобелена тихо. – А с чего такая показуха?

– Да как же, милорд, она же истребила практически всю второстепенную ветвь нашего Правителя.

Я аж присвистнул.

– Смелая двуликая попалась. Правитель был сильным чародеем, но, конечно, не сравниться с Драконами.